Кентавр. Книга I

– Начинаем жеребьёвку! – прогремел рыжий. И Аталион, гордо ступая, направился к нему. Он вытащил четырнадцатый номер (очень хороший), и я с охотой шагнул вперёд, надеясь, что выловлю что-нибудь не менее удачное. Рука в мешок – и я увидел на камешке в своей ладони одинокую вырезанную палочку. Я сразу почувствовал, как улыбка сползла с моеголица. Под первым номером хуже всего выступать. Ещё не посмотрел на других, не понял некоторые изюминки маршрута, да и время контролировать сложнее. Это надо умудриться из целой горы камешков вытащить именно этот! Я стоял, оцепенело глядя на эту единицу в своей руке.

Вдруг с верхнего края палочки образовалась капля воды и скатилась по камешку мне на ладонь. Я не верил своим глазам. Что это?

– Она же в этом не виновата! – раздался рядом голос эльфийки Свитсахэль.

– В чём? Кто? – всё ещё не понимая, спросил я. – Единица?

– Да. Первый номер. Число начала… единица тебя любит. Это твоя судьба быть первым, уникальным. А ты, кажется, не рад Единичке! Ты очень обидел её.

Эльфийские камни! Эльфы одушевляют даже эти вырезанные чёрточки… А ведь правда, жаль Единичку, когда она плачет… Моё сердце смягчилось, и я уже не думал о том, что мне придётся выходить первым:

– Прости, Единичка. Прости меня, я не хотел тебя обидеть! – сказал я тихо и искренне. На какой-то миг вырезанная на камешке палочка засветилась голубым светом.

– Ну, вот и молодец, Орион, – сказала эльфийка, – теперь можешь смело мчаться к победе!

– Спасибо, Свитсахэль.

Через такие вещи обычно многое понимаешь.

– Потому что так устроена твоя душа. Не каждому дано увидеть и понять нечто подобное.

Вот уже раздался голос судьи:

– Номер первый! Выступает Орион Вольный Охотник!

Под шумное приветствие зрителей я вышел на поле. Передними ногами я встал перед белой лентой. После сигнала пойдёт время. За каждое чисто пройденное препятствие даётся один балл. Максимально набранное количество баллов и минимальный расход времени на маршруте – так определится победитель.

Всего четырнадцать препятствий. Достаточно высокие, достаточно широкие и многие опасны. Я стоял, готовый сорваться с места и мысленно уже преодолевал первое препятствие.

«Хай-а!» – сигнал, и я стремительно рванулся к «Голубой глине». Каждое препятствие отличалось от другого, и имело своё «говорящее» название. Широкая, но неглубокая, яма с голубой глиной была первым препятствием на маршруте, по-своему коварное.