ПоЛЮЦИя, ЛЮЦИфер, РевоЛЮЦИя. Часть 4

Понимаешь? Свобода, зарплаты в евро, дороги без колдобин, однополые браки… Один меня упрашивал остаться с ним. Я, конечно, отказалась – не такая уж сознательная, чтобы с рогулями в палатку… Но мужика того жалко стало – какой-то он был замученный, щека обожжена. Но глаза умные. И говорил так, по образованному, на «вы» меня называл. Ну, пригласила его к себе на ночь: помыться, обогреться… Он хотел и побратимов взять, но я отказала – не готова у себя в квартире гостиницу устраивать. Там большинство из них – бомжи вонючие.

– Он подумал…

– Ничего он не подумал! Я сразу предупредила, что лесби, и с мужиками не того… Чтобы не рассчитывал. Он смутился, но молчал. Приехали ко мне. Первым делом его в ванную отправила. Тем временем ужин приготовила, ноль-семь водки на стол… У тебя можно курить?

– Можно. Только на кухне.

Я подал Ирке руку, поднял на ноги. Мы пошли на кухню.

Она закурила, а я присел в сторонке, чтобы не вдыхать дым и не искушаться. Курить хотелось страшно!

– Только по-быстрому кури, и поехали к тебе.

Ирка вздрогнула:

– Я не поеду… – шмыгнула носом, утерлась тыльной стороной ладони. – Боюсь!

– Поедешь. Я сам не найду твою квартиру. Тем более – ночью. Ты хоть двери заперла?

– Да.

– Хорошо. Успокойся. Что-нибудь придумаем. К тебе далеко?

– На Троещину.

– Ого! – Глянул на часы: почти два ночи. – Подожди, такси вызову. Вместе поедем.

***

Пока искал визитку такси на холодильнике, набирал номер, заказывал машину, Ирка высморкалась, закурила от своего бычка вторую сигарету.

– Через пятнадцать минут обещали, – сказал я, пытаясь осознать Иркину новость.

У меня многое в жизни было, но такое…

«Тем более, я боюсь трупов… Вернее – мне жутко находиться в их обществе.

А теперь придется не только находиться, но и что-то делать».

Глава девятая

Ночь с 9 на 10 января 2014 года

(продолжение)

***

Мы ждали такси. Ирка закурила третью сигарету.

– Ты зачем его убила?

– Сам виноват, – ответила Ирка.

– Ты растягивала удовольствие?

– Да нет же! Я убила после ужина. Сначала все шло нормально: он рассказывал о себе, о Львове, из которого приехал, о революции, о убийцах-мусорах на службе у «рыгов», о перспективах евроинтеграции, о национальной идее. Короче, о всякой херне!

– Так ты же сама, это… ну… – майданутая.

– Отъебись!

Ирка нервно затянулась.

– Ладно. Не бери в голову, – примирительно сказал я.