Кузнецкий мост и Маргарита

И Пима Головкина стала громко читать, чтобы было слышно и тем, кто сгрудился у этого судьбоносного объявления, и тем, кто налегал сзади:

– «Курс моделирования головных уборов»! Говорят, его только в этом году открыли. Теперь такая жизнь будет!

Её перебила Нина Заморская:

– Да, читай же скорей! Не тяни душу!

И Пима Головкина, поглубже вздохнула, и стала называть счастливиц, принятых в техникум:

– Нина Заморская, Вера Савина, Маргарита Белякова…

До того, напряженное, лицо Маргариты, стало радостно спокойным.

И она сама почувствовала, что на её лице появилась улыбка счастья. Пьянящего, радостного, окрыляющего, словно все беды теперь ни по чем.

Но тотчас Рита вспомнила, что нужно успеть договориться о месте в общежитии для неё. И она танцующей от радости походкой пошла в здание Московского Швейного техникума, по тем временам внушительное здание в стиле конструктивизма, величественно возвышающимся над одноэтажными деревянными домишками городка Болшево под Москвой. Доносились до Риты и какие-то другие фамилии поступивших, но Риту это уже не касалось, потому что ни друзей, ни знакомых тут никого не было.

И долетавшие ей вслед чьи-то фамилии, но все это были не знакомые имена. Она ушла узнать о возможности поселения в общежитии. Заглядывала то в одну, то в другую дверь, пока не столкнулась в дверях кабинета с солидной советской дамой. Это оказалась зам. директора Швейного техникума. Она спросила Риту:

– Девочка? Что ты ищешь?

Маргарита ответила заплетающимся от смущения языком:

– Вот…Я поступила, а жить мне негде.

– Понимаю! Ты хочешь жить в общежитии?! Но места ограничены. Мы предоставляем места только детям погибших военнообязанных на фронте.

Маргарита растерялась от неожиданности:

– У меня мама умерла…

– Она была военнообязанная? Она воевала? Ну, что же ты молчишь? Хм! Понятно! Ну, что ж. Здесь в Болшево многие из наших учащихся снимают углы. Не дорого. А папа? Отец тебе помогает?

– Он. Он женился…

– Понятно.

– Но он присылает мне пять тысяч рублей в месяц.

– Понятно; за потерю кормильца тебе пересылает? Те самые пять тысяч, которые государство высылает ежемесячно сиротам! А кроме этого он тебе помогает? От себя помимо этих пяти тысяч рублей в месяц, что-нибудь тебе дает?

Рита низко опустила голову, словно это ей должно было быть стыдно за то, что директор школы сироте только передает те деньги, которые ей осиротевшей дочери ежемесячно дарило на пропитание государство.