Проверка на смелость

***

Едва проснувшись, я сразу принюхался, пытаясь уловить ароматы свежей выпечки. Но запаха оладий не было. Наоборот, дома нестерпимо разило какой-то кислятиной.

– Фуу! Саня, чем это у нас воняет? – спросил я, вставая с постели.

Сашка уже тоже проснулся и принюхивался, скривив лицо.

Мы пошли на запах в поиске источника этой невыносимой вони. Наши носы привели нас на кухню, и указали на кастрюлю, в которой вчера был обедешний суп. Саня приоткрыл крышку, и тут же захлопнул ее, закашлявшись. Мерзкий запах с новой силой ударил мне в нос, и сразу какой-то неприятный комок подкатил к горлу.

– Фуу! Гадость какая! – сморщился Саня.

– Что это? – спросил я, удивляясь.

Неужели Кира Андреевна задумала нас отравить? Так мы бы даже под пытками не стали это есть.

– Это вчерашний суп. Он скис, – пояснил Саня.

Конечно же, скис. А как иначе в такую жару? Это вовсе не удивительно. А удивительно было то, что этот суп остался стоять на плите. Мама никогда не оставляла еду, чтоб она скисала.

Вечером мыла всю посуду, и такого запаха у нас в доме никогда не было. Нам с Саней даже в голову не пришло, что остатки супа нужно убрать в холодильник, или помыть кастрюлю. Тарелки-то мы за собой мыли, а кастрюли обычно мыла мама, вот и вчера мы об этом даже не подумали. Решили, что все то, что делает мама, будет делать и Кира Андреевна, раз она осталась присматривать за нами. Нет, нам не трудно помыть, но нам это даже в голову не пришло. И как раз то, что Кира Андреевна ничего этого не сделала, было для нас удивительно.

Мы с Саней осмотрелись. Оладий не было. Ни оладий, ни даже какой-нибудь манной каши. Похоже, Кира Андреевна так и не приходила со вчерашнего утра. Это было уже подозрительно.

Вонь раздражала, сильно отвлекала и мешала думать. Нужно было что-то с ней делать. Мы с Саней переглянулись. Я зачем-то потянулся к кастрюле – наверное, от этой вонищи мой разум совсем помутился.

– Не открывай! – крикнул Саня, но было уже поздно: я приоткрыл крышку и заглянул внутрь.

Светлая пузырчатая пена зашипела, и выпустила мне в лицо порцию смрадного газа. Я тут же захлопнул крышку, но отвратительный запах уже плотно забился в нос.

Сашка схватил кастрюлю и, отвернув в сторону лицо, чтоб не только не нюхать, но и не смотреть на нее, на вытянутых руках понес кастрюлю из дома. Я шел впереди, отфыркивая запах из носа, и открывал ему двери. Суп мы вывалили в конце огорода, там, где заканчиваются все грядки.