Путешествие в Париж. «Римские» каникулы

Принимали нас не с главного входа, а с какого-то заднего крыльца. Сразу за кованой оградой стоял шлагбаум, а за ним располагались турникеты, которые упирались в двери застеклённой веранды. У шлагбаума возвышался над толпой рослый чернокожий охранник, он улыбался и своими длинными руками указывал направление, куда мы должны двигаться. Веранда, так её назовём, представляла собой помещение, застеклённое от пола до потолка, взгляд вошедшего сразу упирался в белую оштукатуренную стену, на всём протяжении которой находились наглухо закрытые окошки размером пятьдесят на пятьдесят.

На вентилятор или кондиционер не было и намёка! У стеклянной стены стояло несколько стульев, а людей в этом помещении собралось человек шестьдесят. С сопровождающими прибыли группы из разных турагентств. Наша Людмила Петровна, как заботливая мать, давала нам последние напутствия, дважды произнесла название улицы и отеля, где предположительно поселятся будущие туристы. Она явно волновалась, глаза её беспокойно бегали, голос подрагивал, это волнение передалось и нам. Если бы мы знали, какое значение имеет заучивание адреса, по которому находится отель, мы бы отнеслись внимательнее к этой информации. Но вот прозвучал звонок! И представители агентств ринулись каждый к своему окну, начался приветственный монолог. Краем уха мы слышали, как наша «толстушечка» отпускает комплименты господину, пока невидимому для нас, как она восхищается его свежим и отдохнувшим видом, спрашивает о здоровье жены и детей, выражает надежду на дальнейшее сотрудничество и успех сегодняшнего мероприятия. Каждый сопровождающий передаёт список членов группы, «собеседователь» может вызывать людей по порядку или как ему вздумается. Фамилия человека выкрикивается из этого окошка, она произносится невнятно, с акцентом, шум в помещении стоит невероятный! И, не расслышав фамилию, а уловив только имя, например, «Александэр», все Александры вскакивают с мест и бегут к окошку. Начались неразбериха и столпотворение! Из нашей группы первым вызвали мужчину из Читы – Геннадия. Он владел мастерской по изготовлению мягкой мебели, привёз с собой кучу документов, подтверждающих его бизнес, отвечал на вопросы бойко и уверенно, так нам казалось со стороны, слышимость была плохая, и слов нельзя было разобрать. У окошка, так, чтобы её не было видно французскому клерку, стояла Людмила Петровна и тихонько иногда что-то подсказывала.