Зов планеты

Вы понимаете это?

Алесса нервно сглотнула. Она понимала. Мертвый старик во сне ясно дал понять.

Глубокая ночь чуть уступила место сизому рассвету. Холодный ветер дул в окно, шелестел в белесых занавесках, развивал белые волосы Айдары, на которые ложились туманом сумрачные тени. Она казалась неведомым существом, призрачным миражом между реальностью и мистической фантазией. Когда она подносила мраморную руку ко лбу, когда глаза горели яркими синими звездами, когда белое платье – туника удивительно ровными складками очерчивало стройное тело, Айдара была подобна древней богине в храмах давно исчезнувшей Греции, перед которой почтительные жрицы воскуряли благовония.

Конечно, эта была лишь причудливая игра света и тени, но Алесса не хотела изгонять веяние предутренней грезы. Она, затаив дыхание, слушала, как ровный и спокойный голос Айдары, невзирая на волнение, ведал ей и Наяду странные тайны, которой были полны закоулки Эн-телли. Она рассказывала как Хранитель погиб, и как перед этим он сошел с ума, не выдержав голоса, исходящего из глубоких недр планеты. Он уверял, что леса заснули в ожидании, и теперь позволили приблизиться к тайной священной обители у бурных потоков Ан-тер.

– Опять этот зов! – Воскликнул недоуменно Наяд.

Бледная точка зловещего места багровела в сознании Алессы, болезненно пульсировала, призывала идти, спешить пока не стало слишком поздно. 91-ый километр. Проклятый 91-ый километр, из которого вернулись только двое. Старик во сне умолял идти, погибший политик умолял идти, Вернанд оставил знак и ушел туда.

Возможно и Алевтина там, какие тогда могут быть сомнения? Но Алесса сомневалась, потому что вдруг ясно почувствовала, что обычная логика не умещалась в происходящем на планете.

Весь следующий остаток уходящей ночи, они провели в тихих разговорах, ожидая волнительного дня, когда они должны были встретиться с губернатором Арканея.

ГЛАВА 10.

Громкий стук мужских каблуков по паркетному полу тревожно нарушал тишину большого дворца, – центра Арканея и политики всей Эн-телли.

Полковник Орлей торопился. Быстрым сухим шагом, он спешил в приемную своего друга – покровителя и краем глаза замечал, как при его появлении, дворцовые охранники молниеносно вытягивались в струнку и воротили взгляд от обезображенного страшным шрамом лица. Это обстоятельство заставляло полковника еще крепче сжимать кулаки, стиснуть от гнева зубы, ускорить шаг и смотреть только вперед.

В сознании всплывали страшные образы далекого прошлого.