Шальная

Сбросив свою курточку, Рита развила буйную активность, отправив в это время хозяина дома делать чай. Из пакетов под сопровождение ее непрекращающейся болтовни были извлечены необходимые мне вещи. Сдавшись под ее натиском, уже через несколько минут я была облачена в обтягивающие черные брюки и просторный свитер из мягкой шерсти песочного цвета. Кроме этого Рита привезла серебристую стеганную куртку и полусапожки на высоченных каблуках.

Окинув меня оценивающим взглядом, Рита позвала Виктора и, довольно потирая руки, произнесла:

– Вот принимай свою конфетку.

Его выражение лица нисколько не изменилось. Не сказав ни слова, он вернулся на кухню, а Рита заговорчески подмигнула мне и тихо произнесла:

– Все, пропал мой угрюмый друг. Ты его зацепила.

Я не могла с ней согласиться, но возразить не успела. Вернулся Виктор, и мы вместе приступили к чаепитию, которое поначалу грозило превратиться в мой допрос напористой Маргаритой. Но, в конце концов, закончилось приятной беседой, пересыпаемой нашими шутками и недовольным ворчанием хозяина дома.

Я даже забыла о слабости и усталости после болезни. Я и не предполагала, что мы с Ритой так быстро найдем общий язык. В какой-то момент мне показалось, что я болтаю со своей Пам. Настолько их характеры были похожи. Распрощались мы с Ритой близкими подругами. Она заверила, что я могу во всем на нее расчитывать.

На следующее утро Виктор, как и обещал, отвез меня в уже знакомое отделение полиции. Сегодня слегка подморозило и те места, которые до этого были щедро политы дождем, затянула тонкая корочка льда, которая не желала таять под скупыми солнечными лучами.

Я пару раз поскользнулась и чуть не загремела, неловко ступая на непривычно высоких каблуках, но мой спутник не торопился подать мне руку. Вообще-то, я уже привыкла к его выражению лица, от холодно безразличного до мрачно недовольного, и к такому же отношению. Выбирать сейчас не приходилось.

На пороге мы столкнулись с уже знакомым дежурным Александром, который после краткого разговора с Виктором, с виноватым видом провел меня куда следует, помог составить заявление и фоторобот преступников и даже предложил позвонить моим родственникам в Америку.

Перед этим Виктор делал то же самое, уговаривал меня связаться с отцом, но я знала, к чему это приведет, и решительно отказалась.

Тогда Александр, который, похоже, полностью изменил свое мнение обо мне и искренне раскаивался в прежнем поведении, пообещал в ближайшее время найти адрес моей сестры.