Кто толкнул меня под машину?

У тебя с собой есть ключи и ими можно открыть дверь в квартиру, расположенную по этому адресу. А еще в комнате стоит секретер. В правом ящике лежит твой паспорт. Просто покажи его всем.

Выписывайся скорее из больницы, ведь у нас есть незаконченное дело."

Ирина Владимировна Ольховская....Ирина Владимировна Ольховская…Я смаковала эти слова, прислушивалась к их звучанию и задавала себе вопрос: действительно ли меня так зовут?

"Нет! Я не Ирина! Я – Ирэн!" – зазвучало у меня в ушах.

"Ирэн, Ирэн, Ирэн...." – про себя повторяла я, чтобы вспомнить еще хоть что-то, но опять дверка вроде приоткрылась и снова закрылась.

Я вздохнула и посмотрела на это письмо....

"Ну и что мне с ним теперь делать? Съесть?" – почему-то мне казалось, что его не стоит никому видеть. "Съесть?" – мне показалось это забавным решением и я заулыбалась.

"Ну допустим я его съем и что дальше? Я могу забыть адрес. Хотя нет....не могу, " – я закрыла глаза и поняла, что этот адрес отпечатался у меня в голове яркими буквами: Свободный проспект, дом 26, квартира 145.

И все же письмо надо было куда-то деть.....

Я думала, думала, думала над этим вопросом. Мозг вскипел, а ответа не приходило. А потом я вдруг заметила, что сижу, отрываю кусочки от письма и скатываю из них длинненькие, тоненькие полосочки. В итоге, не долго думая, я разорвала все письмо на такие кусочки. Часть из них я подбросила в мусорное ведро на пост, часть в ведро в столовой, часть развеяла по ветру в открытое окно между этажами. После того, как я разобралась с письмом, поняла, что готова покинуть это заведение, которое приютило меня на некоторое время.

5.2. Андрей.

Моя жизнь наладилась и стала стабильной: дом-больница-дом. Выходить куда-то в свет совершенно не хотелось.

"Эх, Андрюха, а ты стареешь," – ворчал я сам на себя. А ведь действительно, чем старше я становился, тем меньше мне хотелось делать всякие глупости. Да и думать о глупостях просто не было времени. Все мои мысли были о девушке из больницы: что я еще могу для нее сделать? Чем помочь? Каждый день я общался с Сергеем Ивановичем, привозил время от времени каких-то врачебных "светил" на консультацию, но понял, что они просто тупо ждут, когда она сама все вспомнит.

И это меня жутко раздражало. Ну хотя бы потому, что эту ее палату и ее пребывание там оплачивал не кто-нибудь, а я сам. Вот не знаю почему, но не захотел я ее класть в общую палату и все. А еще Сергей Иванович буквально умолял меня не общаться с моей незнакомкой.