Роза и демон

Тим продолжал чистить шерстку – черную, блестящую, исключая только несколько белых пятнышек на животике. Роза обожала эту расцветку.

– Мне хорошо заплатили за вчерашние накопители и за сегодняшний поход. А завтра я иду в шахты с рабочими. Господин Карриган удивлен моими успехами. Грандиль так описал мои таланты, что пришлось кое-что пояснять.

Роза взяла зверька на руки.

– Да и Шмырк все время поддакивал. Вроде: она его со всей силы как … Ух! А я ведь испугалась, Тима, жутко испугалась, не представляешь как! Хотя в академии меня научили справляться с эмоциями.

Но сегодня я была на грани настоящей истерики.

Роза поцеловала Тима в носик. Зверек смешно фыркнул.

– А вечером я заскочила к магистру, чтоб он объяснил кое-что. Почему, к примеру, мы пропустили ядовитый желтоцвет? Оказывается, он в горах научился маскироваться, как бы отводит взгляд. Но он ведь не живой! А плесень эта, голубичка, тоже нас загоняла, как охотники черноушку. Будь она чуть побыстрее, и у нас возникли бы проблемы.

Но плесень точно не обладает разумом! А гулозавр, совершенно дохлый, поверь, Тим! И вдруг прыгнул на Фонтэня… В общем, в горах творится что-то непонятное. Эльфы молодцы, что взялись изучать это. Магистр вообще считает, что существует некий фактор А, то есть алогичный, который влияет на все живое в горах. И этот фактор сам как живой. То он есть, то его нет. В этом сезоне есть. А в прошлом все кроли были неизмененными. Грандиль все пытается понять логику этого своего фактора… Кстати, я видела розовые кусты, которые бедняга Дариэль пытается заставить цвести. Предложила закопать в землю пару мелких аметистов, чтоб очистили ее от тьмы. Может, и зацветут.

Роза посадила Тима назад в клетку, и тот сразу же занялся своей шерсткой.

– А теперь извини, дорогой, мне надо подготовиться к завтрашнему дню. Говорят, вокруг карьеров много голубички.

И до глубокой ночи Роза старательно вспоминала останавливающие, парализующие, замедляющие и убивающие заклинания, гадая, с какими неприятностями ей придется столкнуться.

Утром у западных ворот города стоял заказной дилижанс для рабочих с карьеров. Роза пришла почти первой и заняла самое дальнее место, чтобы поменьше попадаться на глаза. Когда человек двадцать рабочих заполнили дилижанс, их начальник, высокий немолодой толстячок по фамилии Модир, встретился взглядом с Розой и скомандовал отправление. Рабочие заволновались.