Облака жизни

За завтраком, матросы много говорили о светлом будущем страны, в которой, власть Советов не даст в обиду простой народ. Виталий Юрьевич, не спорил. Он и без власти Советов любил его. Распрощавшись с Пелагеей до лучших времён, обнялись перед дорогой. Та, вытерев слезу, благословила его путь. Собрав своё приданое в небольшой узелок, Виталий Юрьевич, положив его на дно саквояжа вышел в прихожую, где его ожидали матросы. Выйдя из дому, немного взгрустнул, но ненадолго. Матросы, как и обещали, проводили его до того места, куда он попросил.

– Увидите товарища Ленина, передайте ему привет от доктора Кузьмина Виталия Юрьевича. Может по приезду осмотрю его, если он согласится конечно. Ну…, до встречи товарищи! Надеюсь, отъезжаю ненадолго. Постараюсь в скором времени вернуться!

– До свидания Виталий Юрьевич, за квартиру не беспокойтесь, присмотрим! – дружно ответили они. Улыбаясь, смотрели на него с некой грустью. Уж больно, он им приглянулся!

Вот и отлично, – подумал он – всё сложилось куда лучше, чем я предполагал.

По дороге в Грядское, доктор останавливался, то у одних знакомых, то у других. Таким образом, добрался до деревни только через месяц. Подойдя к околице и вскинув руки, крикнул:

Вот оно – родное! Наконец то, я дошёл до него – уже без особых эмоций, сказал он. И когда, я обрету покой, тридцатилетний путешественник! Подойдя к дому Алексея и постучав в дверь – зашёл. В избе, от тепла недавно истопленной печи, запаха пирогов и самовара, стоявшего на столе, создавался некий уют.

– Здравствуйте дорогие, давно я вас не видел. Хозяин дома, где? – спросил он.

– Пошёл в лес, поохотиться. Надеемся на его скорое возвращение! – ответила Ефросинья.

– На кого же пошёл поохотиться, если не секрет! На медведя, лося?

– Да нет Виталий Юрьевич, на кабанчика. Вы присаживайтесь к столу. С дороги, любому путнику должное поесть – сказала она.

– Не откажусь Ефросинья – ответил доктор.

– Смотрю я на тебя Ефросинья, с крестьянского рода ты, а вся статная, с манерами – словно царица какая. Волосы зачёсаны ровно, лицо ухожено, платье сшито на свой манер. И, что мне в тебе нравится, так это то, что ты не интересуешься жизнью других. Никогда тебя не видел с посиделками на улице, обсуждающей что –то увиденное или услышанное.

– Скажите… Виталий Юрьевич! – зардевшись, ответила она.