Белый Ковель

Служанка все еще где-то пряталась, а может, и вовсе улизнула из замка, а за припасами в подвал она так и не спустилась. Впрочем, ей и не хотелась есть.

Вечер, такой же пасмурный, как и день, незаметно перешел в ночь. Катерина прошла в спальный покой – последний в анфиладе на ее этаже. Закрывая за собой дверь, задержалась в нерешительности и все же заперла ее на ключ, хотя обычно этого не делала. «Спать в открытой комнате, когда дом полон мужчин небезопасно», – попыталась обосновать она свое импульсивное решение и тут же поморщилась.

Кажется, эта мысль недостойна шведов, они вели себя безупречно. По крайней мере, пока что. Да и не думала она так на самом деле. Ну, тогда неприлично. Чтобы не только у посторонних, но даже у самой себя не возникала мысль о том, для чего это дверь в спальню молодой женщины остается незапертой в ночи. «Да, так правильнее», – кивнула она самой себе и забралась на высокую кровать, в такое красивое и такое сырое нынче белье.

Обычно ей требовалось не меньше часа, чтобы наконец-то согреться и уснуть, поэтому, привычно закутавшись, она начала перебирать в уме подробности встречи с генералом Канифером и его свитой.

Два шведских офицера почти не запомнились, так, размытое пятно за его спиной. Пожалуй, она бы их и не узнала, встретив где-нибудь не в замке. Генерал, его слова, жесты – Катерина как четки перебирала все нюансы их разговора. Что это он тогда сказал? А какое у него было выражение лица при этом? Ей показалось, или в его взгляде мелькнуло одобрение? Когда она сообразила, что уже в шестой раз мысленно прокручивает сцену в бальной зале, было далеко за полночь. Удивительно, сегодня в стылой постели ей почему-то совсем не холодно, а заснуть все равно никак не получается. Катерина скинула ноги с кровати и поболтала ими в воздухе. Что ж, на самом деле ничего странного тут нет. Надо откровенно признаться хотя бы самой себе – этот мужчина целиком занял ее мысли. Георг… Она попробовала на вкус его имя. Как перекат камушков на дне спорой речки. Горной речки где-нибудь в холодных шведских скалах. Катерина настолько реалистично ощутила ее обжигающе-холодные струи на своих щиколотках, что непроизвольно поджала ноги. И расхохоталась, с размаху откинувшись на кровать. И, кажется, даже звезды увидела над собой, как будто не полог там был, а искрящееся небо. Давно она не чувствовала себя такой свободной. А сколько не смеялась? Впрочем, это уже и не важно. Согретая своими мыслями сейчас она заснет, предвкушая чарующие сновидения.