Игры Богов, или Порхание бабочки. Мир, ты весь, как на ладони

Джи Сон скосила глаза на говорившего. Старик, только что сидевший в дальнем углу зала, оказался рядом с ними. Он крепко держал парня за поднятую руку.

– Отвали, старик! Это не твоего ума дело! Эта тварь меня оскорбила! – заорал «Хам» неожиданно высоким сопрано, стараясь оттолкнуть хилого, как ему показалось, противника. – Эта сучка поцарапала и облила меня супом.

То, что произошло дальше, было похоже на сюжет из дорамы. Неожиданно присев, старец ловко увернулся от наносимого парнем удара и, вывернув ему руку, оттолкнул к стене.

– Думаю, тебе стоит извиниться и покинуть это помещение, – сухо произнес он.

– Да пошел ты…! Хам, с искаженным ненавистью лицом, бросился на старика. Но неожиданно взвизгнул и, прикрыв голову руками, запросил пощады. – Больно, – заорал он. – Отпусти, мне больно. Я не буду, не буду больше.

– Не у меня проси прощения, негодник, а у девушки!

Старик был великолепен. Палка, служившая ему вместо посоха, сейчас была грозным оружием, и он владел ею мастерски. Удары были резкие и хлесткие.

Умереть от таких побоев было нельзя, но чувствительность от них была осязаема.

– Тебя что, не учили правилам хорошего тона? – негромко поучал старик парня, прижимая палкой к стене. – Почему разговариваешь неформально с незнакомыми людьми и ведешь себя так бессовестно. – Заплати за еду и проваливай. Быстро!

– Да, – только и смог выговорить «Лохматый», шмыгая разбитым носом. Бросив на стол несколько мятых купюр, не оглядываясь, он выскочил за дверь.

– Садись, дочка, – старик помог Джи Сон подняться.

 – Почему ты одна в таком заведении? Тебе не место здесь. Не следует оставаться одной.

– Не волнуйтесь, дедушка. Все хорошо. Спасибо, что позаботились обо мне. – Джи Сон низко поклонилась в знак благодарности и, чувствуя смущение, поторопилась накрыть старику стол. – Приятного аппетита, дедушка, – она еще раз сделала поклон. – Извините за причиненные вам неудобства.

Через час Ли Джи Сон совершенно забыла об инциденте. Вечер выдался многолюдным и утомительным.

Совершенно разбитая и уставшая, она торопливо шла домой, обходя лужи на дороге. В голове крутилась чехарда мыслей и самой главной была мысль о О Ри Оне. Он не встретил ее, как обещал, и эта досада отодвинула неприятность, случившуюся в кафе, на второй план. Сон ловила себя на мысли, что ненавидит это место, где живет. Место, пропахшее рыбой и вечно подвыпившими рыбаками. Она ненавидела свою работу, которая с поклонами и лживой улыбкой надоела до чертиков.