Игры Богов, или Порхание бабочки. Мир, ты весь, как на ладони

Никифорова позволяла себе быть капризной и легкомысленной. Быстро влюблялась до «гробовой доски» и так же быстро расставалась, проплакав в подушку часа два, не более. В отличие от Анны-Марии, которая, что в праздники, что в будни носила только униформу, она могла позволить себе явиться на работу в легкомысленном платье с декольте, от которого у мужчин начинали косить глаза, и они вертелись вокруг нее, словно мартовские коты, готовые выполнить любое поручение. Но в профессионализме ей не было равных. Серьезная, сосредоточенная, она не пропускала ни одной мало-мальски важной детали в расследовании и много дел с ее подачи были пересмотрены.

Никифорова не гнушалась пробраться в провонявший хлороформом морг и провести дополнительное обследование вопреки всем запретам и особенно закону. Но стоило ей закончить дело, интерес к нему пропадал, и она опять становилась «лисой» с надуванием губок и требованием особого внимания. Бросив на Маню беглый взгляд и поняв, что игнорирование подруги может оказаться себе дороже, Анри, пересев на диван. Приобняла ее за плечи и притянула к себе.

– Маня, тебе же цены нет! Ты практически всю работу за меня сделала. Я тебя обожаю.

– Да что ты!.. – съерничала та. – Цена есть на все, особенно на обожаемые вещи. А за мой самоотверженный труд, кстати, нелегальный, с тебя бокал хорошего вина. Дорого вина, а не «Ркацители» или «Вермута», и поход по… – она на секунду задумалась и хитренько вздернула бровки к верху.

– Надеюсь, ни в вертеп какой-нибудь? – перехватила инициативу Динавер.

Она терпеть не могла Машкины ночные похождения по клубам.

– Именно! Шопингом мы занимались в прошлый раз, а сейчас… – Маня растянула губы, соорудив улыбку, и с сарказмом процедила. – Не пялься на меня так, я не улыбаюсь, просто тренирую мышцы лица, чтобы ты не подумала, что шучу. Ты же знаешь, что у меня черные дни.

– Опять тягостное расставание с любимым? – ехидно поинтересовалась Анри.

– Вот ты…. А еще подруга…! – фыркнула Никифорова. – Динавер, ты ни черта не понимаешь! Любовь – это чувство, которое нельзя предугадать.

Любовь – как болезнь, если нахлынула, ее уже не сдержать! Вдохновенно, чуть ли не заламывая руки, торжественно завершила свою речь Маня.

– Правда!? – хохотнула Анри. – По твоим словам любовь, это что-то сродни кашлю или поносу, которые тоже невозможно сдержать.

– Динавер, ты невыносима! Сама не понимаю, какого лешего я с тобой дружу! Ну никакой психологической поддержки! – обиделась Маня. – Ладно, я пошла.