Игры Богов, или Порхание бабочки. Мир, ты весь как на ладони

 – Надо ехать в объезд, – торопливо сказал шофер, пытаясь дать задний ход, но услышав звуки клаксонов, остановился.

– Ирина Сергеевна, вы не переживайте, я сейчас пройду к полицейским и попрошу освободить дорогу, – извиняющимся голосом сказал сопровождающий медик, но Ирина, придерживая живот и не обращая на него внимание, уже вылезла из кареты скорой помощи и быстро пошла в сторону автомобилей, застрявших по другую сторону трассы. Там уже собирались автомобили, но дорога еще была свободна. У первых автомобилей с мольбой о помощи бегала цыганка.

Ее дочь, сидя на мостовой, должна была родить, но никто не хотел брать ее в салон. Машины разворачивались и уезжали. Не раздумывая, Ирина открыла дверь уже почти тронувшего автомобиля и жестко сказала:

– Я дочь генера Кирпатова и, если вы сейчас уедете, не оказав помощи, я отдам вас под суд. Парень, сидевший за рулем, хотел было набычится, но во взгляде женщины была такая решимость, что он не посмел отказать. – Мы заберем еще одну роженицу, – даже не спрашивая разрешения, просто приказала она.

Заняв салон автомобиля, стоная и подбадривая друг друга, будущие мамы мчались на встречу своему счастью.

Роды у Ирины были тяжелые, но через двое суток нестерпимых болей и мытарства по палате, ровно в 6 утра, крошечное существо появилось на свет.

– Да она счастливица у вас, мамочка. В «рубашке» родилась, – проворковала акушерка, кладя голенькое тельце на грудь Ирине. Приятное слово резануло слух. и Ирина вспомнила цыганку, ехавшую с ней в роддом.

«У тебя будет девочка. В ее жизни будут и горести, и радости, но любовь, это и будет та сила, которая даст ей жизнь. Эта любовь спасет ее, и она познает истинное счастье.»

Сейчас, видя крохотное личико дочери, Ирина подумала:

«вот же оно, счастье», и слова цыганки навсегда ушли из ее сознания.

– Машенька, – умилялась молодая мама Ты мое маленькое солнышко! Твоя бабушка уже едет к нам. Скоро мы ее увидим. Я по ней очень скучаю, нараспев говорила она, осторожно прижимая кроху.

И все-таки семья грозы не миновала.

Хоть дед и был счастлив, но касаемо своего решения был непреклонен.

– Внучку назовем Анной, в честь твоей бабушки, – твердо заявил он.

– Нет, – Ирина запротестовала. – Я уже решила: назовем ее Марией, как маму. К тому же говорят, нельзя называть детей именами покойников.

– Я тебе дам… покойников! Засранка! Не говори глупости! – дед неожиданно схватился за сердце, оседая на стул. – Дура ты, Ирка, все равно назовем ее Анной.