Игры Богов, или Порхание бабочки. Мир, ты весь как на ладони

Анри уже поняла, что сделала опрометчивую ошибку, выбалтывая незнакомцу все о своей семье, и пошла дорогой, по которой мало кто ходил, но заметив сзади замаячившую фигуру, немного успокоилась.

– Точно, мне нужны «Сосны», совсем забыл, – наигранно сказал спутник, перехватив ее взгляд. – Впрочем, я все равно тебя провожу. Нехорошо идти одной, мало ли… все-таки ты девушка. У таких милашек, как ты, всегда есть что взять.

– Ну кроме сумки с продуктами у меня и взять-то нечего.

– Хи, хи, хи, – смех собеседника показался издевательским.

 – У девушки можно взять ее честь, – самодовольно съязвил он.

– Честь? – Анри приостановилась. – Честь невозможно взять. Честь надо иметь свою.

– А ты говорливая. Молодец, что не боишься. Другая бы на твоем месте давно бы уже просила…

– Другая? – перебила Анри. – Ты что, специально выслеживаешь здесь одиноких девчонок, чтобы показать свою силу? Нравится унижать?! – и замолчала, неожиданно, вспомнив о том, что говорил дедушка. «Слова могут возвысить, а могут послужить началом войны».

«Черт, как же я забыла! Не стоило раздражать этого придурка, который неспроста тащится за мной». Пожевав сорванную травинку, Анри решила сбавить обороты и миролюбиво проблеяла. – Э-э-э… это говорит только о твоей уникальности, – невпопад ляпнула она. – А Вася, это твое настоящее имя или псевдоним?

– Чего? Уникальности? – слова видимо, вконец рассмешили собеседника. Вася уже внутренне готовился зацепиться за них. Дуры, бойкие на язык, всегда вызывали в нем агрессию, потому что за плюющими ядом словами всегда скрывался страх.

Он хорошо его чувствовал и наслаждался этим, позволяя жертве наговориться вволю, зная, что последнее слово всегда останется за ним. Но эта соплячка повела себя иначе. Ему казалось, что девчонка его не боится, и это его нервировало и выбивало из нужного состоянии настроя на атаку. К тому же, она и словом не обмолвилась о его гнойных прыщах на лице и коросте на руках, как делали это другие, брезгливо отворачиваясь. Василий мысленно отвлекся и постарался быстрее вернуть свое внимание к спутнице.

– … ну да, уникальности, – услышал он немного обескураженно. – И так видно, что ты очень сильный и мужественный. Я терпеть не могу слабаков, которые только пальцы веером, а сами… пфи, – фыркнула Анри, искоса поглядывая на собеседника. – Как только что случись, так они сразу в кусты! Представляешь, у нас в классе есть такой кретин, маменькин сынок. Вот я ему бы надавала пинков.