Отдать себя. И снова придет весна

Шло время, малышка Ксюша подрастала и все более становилась похожей на мать, бабушку, прабабушку и так далее, к самому основанию семейного древа. К десяти годам Ксения обнаружила в себе способности к мысленному общению с животными, птицами, деревьями и даже цветами в собственном палисаднике. Однажды случилось так, что работник господ Орловых сильно занемог. У бедняги поднялась высокая температура, и Дмитрий вызвал для него сельского врача, точнее фельдшера. По настоянию супруга, травница Агафья перестала заниматься целительством.

Да и необходимость в этом утратила свою остроту. Со времени открытия новой фабрики, в поселке Малиновское появился свой фельдшер. Этот немолодой мужчина любил перед обедом пропустить стаканчик-другой вишневой наливочки, однако в целом медработник неплохо справлялся со своими обязанностями.

Тимофей Иванович объяснил состояние пациента обычной простудой. На самом деле фельдшер диагностировал у больного тяжелые последствия перенесенного на ногах гриппа. Тимофей Иванович опасался того, что захворавший работник может не дожить до утра следующего дня.

Для того, чтобы угодить господам, фельдшер остался дежурить возле постели своего пациента. Тимофей Иванович делал все, что было в его силах. Однако ни микстуры, ни порошки, ни даже уколы больному не помогали. По этой причине фельдшер начал впадать в уныние. Вдруг до его сознания донесся знакомый голосок. «Иди во двор, подыши там свежим воздухом, – потребовала Ксюша, – Традиционная медицина бессильна. Только я могу помочь этому бедняге». Тимофей Иванович опешил, но его собственные ноги, кажется, перестали подчиняться разуму своего хозяина. «Это гипноз», – понял лекарь. Хозяин дома, его работники, а также любопытные соседи с удивлением наблюдали за борьбой Тимофея Ивановича с собственным телом. Фельдшер безуспешно хватался за предметы, мимо которых пробегали его резвые ноженьки. Даже после того, как, подчиняясь чужой воле, эскулап оказался на улице, его разум продолжал функционировать. Тимофей Иванович понимал, что ему срочно нужно вернуться к постели больного. Однако голова оказалась совершенно бессильна против выкрутасов, совершаемых руками и ногами их общего законного владельца. В конце концов, Тимофею Ивановичу удалось вернуться к постели его пациента. Там перед глазами фельдшера предстала удивительная картина. У одра, можно сказать, умирающего человека стояла дочка хозяина фабрики. Правая рука девочки лежала на лбу деда, а левая – на груди занемогшего страдальца.