Мертвые хозяева. Что есть обнажившаяся душа!?

– Умница моя!

Я старалась не отставать от брата. Как-то стало чуть посветлее, когда мы выбрались на открытый участочек. Мы расположились на невысокой траве, постелив лежанки. Я так устала, что не могла пошевелиться, но приходилось отмахиваться от назойливых комаров, которые успевали больно впиваться в голову, лицо и тело. Гриша не без труда развел костер. Он сказал, что ветки отсырели, и если бы он не взял бумагу, ничего бы не вышло. Мрак озарил яркий огонь, но мне не стало светлее на душе. От костра тянулись живые тени и дрожали вместе со мной.

Рядом с костром было светло и тепло, а вокруг как будто, наоборот, стало чернее, и деревья были как будто живыми. Теперь я хорошо видела лицо брата, он присел, взяв в рот травинку, и стал ее пережевывать.

– Валюша, голодна ли ты? У меня есть консервы, овощи, чай в термосе, – Гриша потянулся к рюкзаку.

– Можно чай попить, – голода я не чувствовала.

– Чай дак чай! Утром поедим. Пей чай и ложись спать! – скомандовал бодро брат.

– Как уснуть-то тут? – спросила я.

– Я буду костер поддерживать, у меня ни в одном глазу сна нет! – он смешно выпучил глаза.

– Комары у костра почти не лезут! – обрадовалась я.

– Держи, Валюша, чаек! – Гриша протянул круглую крышку от термоса.

– Спасибо.

Мы попили горячий чай, я надела теплую кофту и прилегла лицом к костру, который мирно потрескивал, но изрыгал жаркое горящее пламя.

– Вот и молодец, сестренка, спокойной ночи, – брат как будто не хотел спать.

– И тебе спокойной, – пару раз проухал филин или сова, а потом я закрыла глаза и погрузилась в сон, прикрыв живот руками.

Валя спала так крепко, что брат очень долго тряс ее за плечо. Когда девушка открыла глаза и поняла, что находится не дома, на своей кровати, а в лесу, то она не сразу пришла в себя. Костер был потушен, было прохладно. Валя привстала и поняла, что ее тело как будто сильно побито, к тому же немилостиво зудели укусы на голове и на руках.

– Валюша, видела бы ты сейчас себя! Такой я тебя никогда не видел.

Волосы всклокочены, вся помятая и такая хмурая! Ты так сладко спала, что я подумал, что ты проснешься очень счастливой! – брат говорил веселым тоном, но вид у него был немного уставший.

– Я думала, что это все сон, но нет, мы здесь, в лесу, и мне надо к этому привыкнуть, – Валя усиленно чесала укусы.

– Не расчесывай, будет только хуже! Ночью я запек нам прошлогоднюю картошечку, давай налегай! – Гриша по-деловому сел на землю.