Хроники Каленара: Ложное время

Мелл уже всерьез начал задумываться над тем, что императора вообще не существует, а все, что происходит, не более чем игра его больного воображения или умирающего где-нибудь под обвалами древних гробниц мозга, как вдруг портьеры за троном раскрылись, и показался человек.

Ростом он был едва ли ста семидесяти сод, на не более двадцати весен от роду. Бледная кожа и впалые глаза, делали его и без того худощавою фигуру, хрупкой и болезненной. Одет он был странно, халат висел на нем, как на вешалке, а из-под него выглядывал привычный глазу сюртук.

Черты лица были какими-то смазанными. Меллу он показался знакомым, но откуда и почему, он никак не мог припомнить. Мелл попытался сфокусироваться на лице правителя. Но это ему не удалось. Стоило лишь на секунду отвести взгляд, как образ Фартаха полностью стирался из памяти.

Император, а Мелл, почему-то сразу понял, что это он, прошел и сел на трон.

По залу эхом разносились его шуршащие шаги. Опять повисла тишина.

Эти странные церемониальные паузы начали изрядно раздражать.

Происходящее все больше смахивало на дешевую постановку. Казалось, никто из присутствующих не знает, что нужно делать и как себя вести.

Внезапно голос Ротара рассек тишину. Стараясь во все легкие, он прокричал:

– Узри же, Меллетор, сын Тамита рода Рю, пред тобой Его высочество, спаситель, император Фа-Рах-Маль, четвертое воплощение всевидящего Фартаха, – и с этими словами он пал ниц.

Меллу ничего не оставалось, как последовать его примеру.

Пол был холодный.

– Встаньте, не нужно церемоний. В этом зале они смотрятся нелепо, – на чистом эреторском, самом что ни на есть королевском наречии произнес император. – Мы здесь для дела, и это я хотел познакомиться с вами, Мелл. Насколько мне известно, вы предпочитаете неполное свое имя.

Мелл поднял глаза. Видимо, говорить ему разрешалось, но в какой манере? Насколько много известно этим странным людям? Может ли он здесь, во дворце неизвестной империи, использовать возвышенную лексику королевских слов?

– Приятно слышать, что его величеству известно обо мне, – пробуя давно забытые слова на вкус, проговорил Мелл.

 – Не знал, что о нашем роде кто-то еще помнит.

– О, ваш род… Прошу меня простить, но я о нем действительно не слышал. Мне утром передали бумаги с вашей биографией. О вас ходят легенды не из-за вашей семьи. Насколько мне известно, вы самый удачливый из ныне живущих искателей.