Тайный цензор императора или Книга пяти мечей

Цензор очень сильно рисковал в этот момент, но раз уж рука тянется уже к оружию, почему бы не обнажить его?

–Мне нужно Ваше содействие…

– Вам нужна моя помощь?

– Не могли бы люди из делегации продемонстрировать все имеющиеся у них оружие? Только для осмотра, не для изъятия, – добавил цензор. – Это не займет много времени…

Помощник подозвал слугу и шепнул ему на ухо какое-то поручение. Когда выставленное напоказ оружие было готово, мы не стали откладывать и провели осмотр вместе с Фэй Фэй на месте.

Между тем, цензор как раз хотел поблагодарить за оказанное доверие, надеясь на помощь и содействие в будущем, как к помощнику подбежал встрепанный слуга и быстро зашептал что-то ему на ухо.

При всем желании, даже с отличным слухом цензор не смог разобрать слова, похожие на неразборчивое мяукание котенка. Однако, после сообщения слуги, помощник замахнулся на него рукой и побагровел, чуть не совершив один из строжайших запретов этого храма – не применять насилие, но при цензоре сдержался.

–Что-то случилось? – Шэн Мин передал свой вопрос как положено переводчику, и тот перевел господину и передал ответ:

–Уже темнеет, – заметил Тао, мягко намекая о том, что на этом разговор пора завершить. – Завтра следует навестить принцессу, у нас был лишь ее портрет.

–Понимаю… Не буду боле мешать Вам скорбеть, – и на этом разговор был окончен.

По идее конечно, трехдневный траур по убитому должен был завершиться, но это личное дело каждого.

Помощник посла не показался цензору человеком, с которым легко иметь дело. А старик совсем разволновался. Но особых трудностей с делегацией в ближайшем будущем цензор не ждал, главное избежать вооруженного конфликта. А мечи уже были обнажены и ни одного нового трупа – эти люди умеют держать себя в руках. Со сдержанными людьми проще иметь дело, по-крайней мере, можно предвидеть их поведение.

Разговор был напряженным для цензора – он чувствовал себя вымотанным – голова болела от напряжения и они поспешили вернуться к скудному ужину, состоявшему из одной воды в единственном чайнике на четверых. Монахи привыкли не ужинать, соответственно вечером никто не готовит, кладовые и кухни закрыты. Пришлось питаться собственными запасами, привезенными с собой.

Покинув общую комнату, цензор попросил слугу, чтобы Жожо навестила его.