Тайный цензор императора или Книга пяти мечей

Слуга Ван Эр неторопливо подошел к зданию, где разместили принцессу. Он уже поспрашивал монахов, втеревшись к ним в доверие, лишь посетовав на бедность еды и путаный распорядок дня – тяжело это бодрствовать ночью и спать днем, при этом все время голодая. Он даже рассказал им стих, вдохновившись скудностью здешней пищи, разделяя с монахами тяготы их простой и бедной жизни.

Он остановился здесь привлеченный запахом супа и горячих вонтонов[7]. Устоять было невозможно! Он подошел ближе, шумно втягивая запах своим широким носом.

Как вкусно пахнет! Свежий мясной бульон! Ворота сюда были открыты и во внутреннем дворике была видна открытая беседка, огороженная полупрозрачным навесом, в которой на свежем воздухе видимо собиралась трапезничать принцесса (или уже), любуясь видом на горы.

Охрана подбоченилась, перестав клевать носом и грозно смотрела на подошедшего незнакомца, в то время как слуга был жутко занят: горестно вздыхал, грезя о такой одновременно близкой и недоступной вкусной еде .

Но живот хоть и выглядел весьма объемным продолжал настойчиво урчать.

И ароматный запах все еще дразнил его чуткие ноздри.

«Мой господин – помощник Верховного цензора», – напомнил строго он себе. «Ты опозоришь господина! Опозоришь себя, если свалишься прямо сейчас в голодный обморок. Глядя на твой живот – тебе все равно никто не поверит!».

Он не мог подвести господина цензора, но голодный желудок продолжал бастовать и возмущаться. И тут он решился. Животный инстинкт возобладал над разумом.

Ван Эр не преминул воспользоваться превышением своих полномочий, он не в первый раз воспользовался вверенной нефритовой пайдзой хозяина, правда на этот раз на благо живота своего, но все равно весьма в корыстных целях – в этом не было и тени сомнения. Хотя он всегда говорил всем, что является крайне честным человеком. Лицемерие!

Таким уж он был – его всегда интересовала вкусная еда и он был рад набить брюхо в любой момент, даже если был уже достаточно сыт. А сейчас то был зверски голоден! Тем самым найдя себе оправдание, подойдя ближе к слуга предъявил пайдзу и оповестил, что он прибыл сюда для опроса людей.

А сам первым делом отправился на кухню, спросив о ее местоположении, но в итоге найдя ее по запаху.

Очарованный, едва пересекший порог, слуга оказался внезапно влюбленным.

На кухне было две девочки служанки, одна нарезала дайкон тонкими колечками, другая резала и подавала кусочки мяса, нанизанные на шпажку для поварихи.