Драконья доля

Да и собак со следа такое сбить поможет, если отчим всё же вздумает меня искать…

Шлёпала я вдоль ручья ещё долго. Хорошо, что нашла пижму – характерный силуэт с плоскими соцветиями на фоне подсвеченного луной неба обнаружился прямо на берегу – я даже из воды не вылезала. Натёрла ладони, руки, ноги, пострадавшую от комаров шею. Гнус продолжал виться вокруг, но не садился. И ладно. А то б ещё немного, и я сама сидеть бы завтра не смогла. И так уже и бёдра, и зад чесались нестерпимо. Наконец я углядела подходящее пологое бревно.

Потрогала. Вроде нескользкое, кора ещё не сгнила. Вылезла из воды, отряхнулась. Натянула портки. А потом надела не те башмаки, в которых ушла из дома, а другие – осенние – сапоги. Вот так! Теперь ищите меня!

Выбралась на берег, и, аккуратно ставя ноги, – старых корней от невыкорчеванных пней тут было полно – пошла к темневшему впереди лесу. Оглянулась на ручей, поле за ним, ряд тёмных крыш… закусила губу и зашагала на запад.

Ушла я недалеко – оступившись среди папоротников, скатилась в овраг.

Больно стукнулась спиной о валун на дне. Да ещё обронила котомку. И чуть не заплакала. Что ж я такая бестолковая? Как её теперь искать? Тут, под кронами деревьев, в этой промоине даже я ничего не вижу. Надо ж руками шарить! А если на змею наткнёшься? Стиснула под рубашкой в кулак бабушкину цепочку – вдруг поможет? Так, откуда я свалилась, как бы понять? Луна светила мне в спину. Выходит, вот оттуда. И на дне ничего не растёт. То есть, если мешок не зацепился за корень или камень, одно из тёмных пятен поблизости – это он. Только лунный свет так обманчив…

Ползала я, наверное, целый час. Перемазалась в грязи по уши. И когда уже почти сдалась и решила ждать утра, рука наткнулась на ткань. От облегченья чуть не зарыдала. А потом пришла мысль: какая же я дура! Вот что бы мне сразу, как упала, лечь спать до рассвета. А утром я б котомку сразу, без этих мук увидела. И чистой осталась, и выспалась бы!

Ладно, что теперь плакать. Сейчас бы подняться на западный склон да притулиться под корнями – подремать хоть немного.

* * *

Проснулась утром. С затёкшими ногами и больной спиной. Зато мешок был рядом. Солнце только-только встало, пронизанный косыми золотистыми лучами утренний лес был свеж и влажен. Кое-как размявшись, достала гребень. Косу решила не расплетать, но вычесать из головы сосновые иголки хотелось нестерпимо. А ещё – пить. Вот, ещё одна моя глупость. Могла бы взять с собой флягу… а у меня только старый чайник.