Пара не пара – парень не парень

И, главное, виноватых не найти: посыльный передал то имя, которое услышал, пейзанка явилась по первому зову – никакого неповиновения или неуважения… а что оказалась не той, кого хотел, так сам ошибся, понятнее и подробнее объяснять надо было.

О своей роли я скромно молчала. Тем более что проблем и без того хватало. Например, я несколько запоздало сообразила, что мне, как слуге их светлости, полагалось какое-то жалованье. Не стану ж я полгода чистить коней и трястись на козлах или запятках за так? Конечно, теоретически такое было возможно, зашитые в широкий нательный пояс монеты позволили бы безбедно прожить и дольше… Но разве подобное аномальное бескорыстие не вызовет подозрений? Значит, надо с кем-то обсудить оплату своих услуг.

А с кем? Сунешься к герцогу – а тот возьмёт да и выгонит. Фарш-то давно не чудил, подзабылись его кренделя… Может, подъехать к секретарю?

И тут же лезла вторая проблема. Я не хочу вечно оставаться на конюшне. Конюшенный мальчик – не та фигура, которая может попросить рекомендательное письмо при уходе.

И не та, которой позволено невозбранно шастать по дому в поисках нужных бумаг или компромата на хозяина. Значит, нужно изыскать способ втереться в доверие, приблизиться, стать личным помощником секретаря или даже самого Кабана.

Вот как, спрашивается, мне такое провернуть?

Бытовые неудобства – облезший нос в веснушках и появившиеся от вожжей и скребницы на ладонях мозоли – беспокоили меня куда меньше. Если всё получится, то пара месяцев тёплых ванн, кремы с оливковым маслом и травами, да просто даже тривиальные кружки огурца на физиономию помогут всё исправить.

А если попадусь – пусть потенциальный муж поглядит на девицу с облупившимся носом, альтернативной причёской и сомнительным приданым – заложенными домом и конезаводом, испуганно сглотнёт и сбежит восвояси, искать партию повыгоднее и поприличнее.

Гм, у кого бы узнать, сколько у нас в Сорренте платят герцогским слугам?

Обсудить жалованье я всё же решила с секретарём герцога, господином Мерсьеном.

Выбрала время, когда тот был не раздражён, не озабочен, не озадачен – то есть прохладным вечерком после сытного ужина, подошла, поклонилась:

– Лорд Мерсьен, разрешите обратиться?

«Лордом» этого лизоблюда в коричневом я назвала на всякий случай. В данный момент я – проситель, так что лишний политес, разбавленный лестью, не повредит.

– Чего тебе?

– Меня зовут Тьери Сиран, их светлость взяли меня смотреть за меровенцами.