Попала!

Не сказать, чтоб это было плохо – от него пахло свежестью, здоровым мужским запахом, и целоваться, похоже, он умел. Да только для меня это было совсем не то, что нужно. Получалось, мою просьбу не приставать он всерьез не воспринял. А считает, что если я осталась с ним на ночь, то это именно осталась на ночь. И никак иначе. А может, тут вообще с женщинами не принято церемониться.

Что ему до моих чувств котенка, потерявшего и дом, и кошку-маму?

Я замерла истуканом, сжав губы. Не помогло – он продолжал удерживать меня, а вторая рука начала распутывать узел плаща.

Не хочу! Ниэ! Зажмурилась и укусила настойчивый рот. И тут же, не дожидаясь возмездия, вскочила со стула. Метнулась к окну, сдернула сохнущий халат – мое, не отдам! – схватила лист со стола, карандаш и, пока парень ошарашенно смотрел на следы крови на пальцах, которыми коснулся подбородка, выскочила за дверь. Самаритянин, ага! Родом из Гоморры, наверное.

По лестнице я скатилась, как горох. Шумно, зато очень быстро.

Ткнулась в дверь. Та оказалась, на мою удачу, на железном засове, а не на замке. Дернула. Язычок сначала застрял, как тот мусоропровод, потом рывком поддался. Может, сейчас сделаю шаг, окажусь дома и проснусь? Вот бы!

Куда там. За спиной послышались голоса. Женщина крикнула что-то вопросительное. Арвис ответил сверху. Ага, раз сейчас в окно не смотрит, вот и хорошо! Скинув туфли, рванула к воротам. Вскарабкалась по решетке, перевалилась мешком на другую сторону, соскользнула по прутьям вниз.

Надела туфли – камни под босыми ногами казались жутко холодными и влажными – и дунула к улице.

– Мариэ!

Обернулась – мой недосамаритянин выскочил из дома. На летучую мышь в своей рубахе похож. Или на образцового голливудского вампира – ликом светел, волосом черен, глаза горят, с губ струйка крови стекает. Жуть! Кстати, насчет глаз я не преувеличила – казалось, что они и впрямь светятся в темноте голубым. Нифигасе! Не вампир точно – нашел-то он меня днем.

А кто тогда? Ой! Увидел меня! Побежали, побежали, побежали… и куда подальше!

Вывернув из подворотни, рванула вверх по улице. И, промчавшись мимо трех домов, нырнула в тень за высоким каменным крыльцом. Вжалась в стену, накинув на голову плащ. Серая на сером в глухой тени. Авось пронесет.

Сколько так сидела – не знаю. Тайна, покрытая мраком, так сказать. Потому что в итоге задремала. И проснулась от холода уже под утро.

Ага. Темно, туман.