Попала!

Там еще один порт, но она течет чуть западнее Риоллеи, – и резко замолк, будто сказал что-то лишнее. Потом продолжил: – Так где ты гуляла?

– Понятия не имею – я же читать по-вашему не умею.

Не знаю, почему, но говорить, где я сейчас, почему-то решительно не хотелось.

– А на рынке была?

– Конечно. – Вот пусть думает, что там я и хожу. – Так зачем я тебе нужна? Сразу скажу – в неземную любовь с уснувшей в сарае летучей мышью верю смутно.

– Я бы хотел тебе помочь, – рука парня легла на спинку скамейки за моими плечами.

 – И на летучую мышь ты не похожа.

Ну, снова-здорово.

– Ну да, те не кусаются, – хихикнула я.

– А поцеловать тебя так, хотя бы во сне, можно? – нелогично отреагировал брюнет. Рука двинулась к моим плечам.

Я задумалась. Если бы мое подсознание не хотело целоваться с Арвисом, то этого вопроса не возникло бы, наверное? Значит, я хочу с ним целоваться? А думаю тогда зачем – ведь он именно поцелуй мне и предлагает? Что-то тут мне не нравится.

Вот не вяжется, и все. Почему же то самое подсознание, которое должно было бы плавиться в экстазе, как эскимо в печке, вопит – драпай со всех ног?!

– Не стоит. – Осторожно сдвинулась на полметра в сторону.

– Я тебе не нравлюсь?

Снова обиделся?

– Мне никто не нравится. Я домой хочу! У Тутанхамона хорошо, а дома лучше!

– Тут я помочь тебе не могу, – погрустнел парень.

И опять возникло ощущение, что это – правда, но не целиком. Почему-то стало зябко. Поднялась со скамейки и, не оглядываясь, пошла прочь.

Вот перенестись бы в явь! Завернуть за угол, сесть на автобус, проехать остановку до метро, а оттуда – прямым ходом домой. В горячую ванну, джинсы со свитером и к компьютеру. Почты небось накопилось немерено. И в асю народ стучится…

С этой мыслью и проснулась.

Темно, похоже, ночь. И совсем не холодно. Лежать на толстом матрасе, застеленном чистой простыней, казалось нереальным блаженством. А почему тогда я проснулась? Сон! Арвис во сне сказал, что западнее Риоллеи течет река Соэлара.

Сама я о ней не знала и услышать нигде не могла. Хотя бы потому, что не знаю, как по-тутошнему «река» и «запад». А еще я заметила у него на шее, недалеко от правого уха, маленькую родинку, которую не видела, да и увидеть бы под распущенными волосами в вечер нашего знакомства не могла. А сейчас он отвел волосы вбок, когда говорил со мной, вот и заметила.

Глаза привыкли к полумраку.