Поиск

Земля расступилась и затянула восемнадцать трупов. Хорошо это или плохо – но я начинаю привыкать. Мы подобрали поводья спокойно общипывающих травку на обочине Сивки и Бурки.

– Вот там должна начинаться тропинка, – махнул рукой вправо Ти.

Мы правильно сделали, решив завернуть в разбойничий лагерь. Бандитов там не было, а вот пара землянок, где держали пленников, имелась.

В первой были заперты несколько грязных забитых женщин. Выпустив несчастных, по уже отработанной схеме выдали каждой достаточно денег на обзаведение хозяйством, иначе могло бы случиться так, что «обесчещенным» просто некуда бы было податься.

Во второй держали мужчин. А эти-то на кой фиг понадобились?

– Ти, а зачем уводить крестьян? Ведь пленных же надо кормить!

– Заставляют родных выкупать их, отдавая последнее.

Молодой парень, по виду ремесленник, кинулся к женщинам – одна из пленниц с рыданиями повисла у него на шее.

– Брат с сестрой, – прокомментировал Тиану.

– Слышь, там внутри еще пара пацанов есть. Приболели, – обратился к Ти один из крестьян.

Мы шагнули в землянку. Вонь внутри стояла невообразимая – похоже, разбойники не утруждались выпускать пленников «по делам» наружу. Я посмотрела в дальний темный угол. Там, на куче прелой соломы, кто-то сидел. Парень, поняла я. А у него на коленях лежал еще один, по виду совсем мальчишка. Ауры обоих пульсировали болезненными красноватыми тонами – лихорадка, а может, чего и похуже.

Ти, оставив дверь в землянку открытой, властным тоном обратился к крестьянам:

– Ты и ты, принесите воды – всем надо отмыться и поесть. Припасов у разбойников хватает, а мы поделимся заваркой тайры. Вы двое – разведите костер. Ты – притащи пару лошадиных попон и расстели вон там под деревьями. Сейчас вынесем туда больных, посмотрим, чем помочь. Остальные – осмотрите лагерь, все полезное тащите к костру.

Мужчины, с уважением косясь на моего жениха, принялись за дело.

За больными пошли мы сами. Парень, увидев решительно шагнувшего к нему Тиану, попробовал закрыть собой лежащего на соломе пацана.

– Не бойся. Я не разбойник. Сейчас вынесем вас на улицу, осмотрим. Сам идти можешь?

Юноша бережно переложил голову больного на солому, попробовал подняться и завалился на бок:

– Не могу. Избили сильно.