Упасть в небо

 – Давай немножко пошепчемся, а потом попробуем выспаться для разнообразия? Вдруг, если получится отоспаться сегодня, весь год будет таким счастливым?

Я кивнула. Хорошо бы…

А ещё лучше, что он рядом.

Вот ещё одно изменение, случившееся за последний год. Я становилась девушкой. Покосилась вниз – мне кажется или у меня начала появляться грудь? И сейчас, рядом с Аскани, соски напряглись, собрались в твёрдые, безумно чувствительные горошины, а внизу, внизу было смущающе горячо. Хотелось прижаться теснее, самой обнять Аса, почувствовать его всей кожей, впитать его запах…

Беспокоящие, непривычные желания.

Вместо этого ласково провела ладонями по его плечам, а потом запустила пальцы в волосы и стала массировать затылок. Он застонал от удовольствия.

«Тими…»

Да, так можно.

А дальше – дальше нам рано.

«Пока рано…»

Хитрый шмель.

Глава 6

Ученье – свет, но распространяется со скоростью гораздо меньшей.

Удивительно, но мои выпученные глаза, бдения над учебниками и молитвы Ларише сделали дело – я сдала на отлично экзамен по эльфийскому, нача?ла драконьих рун и – главное! – государственность.

Физику с химией проскочила, не заметив. Осталась только математика, а её я тоже совсем не боялась. На настоящий момент проблем имелось всего две – никак не дававшееся мне клятое водяное зеркало и второе января – пятнадцатый день рождения Аса.

Я пристала к сестре, но внятного ответа, что можно подарить, не получила. Прикопалась к Бри – вот что та дарит своему Заку? Оказалось, новую рубашку с лично сделанной вышивкой.

М-да. Это я всё равно не успею. Да и вышиваю я, примерно как Шон пишет… Закончилось предсказуемо: я выпросила у Тин остаток земляники и уволокла сестру на ночь глядя на кухню – печь пироги. Одна браться за такое дело я всё ж опасалась – кулинар из меня был немногим лучше, чем белошвейка. Кашу сварить или мясо пожарить – я могла. Чтоб горячо и сытно. Но праздничный пирог – такое куда сложнее.

Закончили за полночь. Пирогов опять получилось два. И я догадывалась, для кого второй. На Асовом я сама вывела надпись. Краснела, не стала показывать написанное даже сестре и быстро спрятала содеянное под салфеткой… но если этот гад чернявый попробует не обрадоваться – подносом с пирогом по башке стукну!

Тин, глядя на меня, качала головой и улыбалась. А потом поцеловала в лоб и сказала, что очень рада. Мне стало ещё неудобнее.