Изумрудные майские ночи, или Скелеты тут не тонут. Иронический околонаучный детектив

Вот это перфекционист шестидесятого уровня! Так упорядочить все химические элементы, даже пустые клетки не назвал «исключениями», а утверждал, что в них тоже должны быть химические элементы. И учёные всего мира в него верили, поэтому, получив что-то новое, не говорили, что это «ошибка опыта или исключение», а искали, куда бы приткнуть новый элемент в периодической таблице.

А органическая химия! Ну, это вообще просто песня, всё рифмуется! Например, органические спирты, подставляешь в конце окончание «—ол», и всё понятно: гексанол, пентанол, пропанол, этанол… Нет такого, чтобы сказали: «А вот здесь будет исключение.

Мы назовём его не этанол, а самогон!». Нет, всё логично: этанол, метанол.

Химические реакции, это проклятие всех школьников, не желающих ничего ни к чему приравнивать! Всё ясно и понятно! Если одному молю положено соединиться с другим молем, то он это и сделает. Нет такого, чтобы какая-нибудь мышьяковистая кислота, посмотрев на дружную троицу калия, кислорода и водорода, под именем «Едкий калий», сказала бы калию: «Фу, противный! Ты дружишь с кислородом водородом, я с тобой соединяться не буду!» Нет, соединится, как миленькая, а школьники и студенты будут потом мучиться, расставляя коэффициенты в уравнении нейтрализации.

Наверно, поэтому, в старших классах я начала испытывать сильное тяготение к химии, как к наиболее логичной науке, и записалась на дополнительных занятиях по химии. Сначала со мной начали ходить несколько девочек, которые собирались поступать в медицинскую академию, но потом они переметнулись на биологию, а я осталась в гордом одиночестве, упорно продолжая совершенствовать свои химические знания.

Конечно, результатом стали победы на Олимпиадах, выступления на конференциях, участие в конкурсах, что позволило мне с лёгкостью поступить в университет.

Дополнительные занятия по химии в школе проходили три раза в неделю, и, очень удачно, что у Вовки Зорина в эти же дни были тренировки по борьбе и стрельбе.

В старших классах он вытянулся, стал на целую голову выше меня, превратившись в долговязого подростка с большими ушами, и активно совершенствовался, по его выражению, «в силовой и огневой подготовке».

Я торжественно вручала ему свой тяжёлый рюкзак с учебниками, а сама гордо несла пакет с белым накрахмаленным халатом и всю дорогу от школы до дома рассказывала о своих идеях, о прочитанных книгах, придумывая совсем другую историю.