Не молчи

Делаю вид, что не слышу – копаюсь в портфеле, низко склонив голову. «Горшило-Горшило, что же ты такой невезучий: очкарик, двоечник, голос противный, дрожащий. Да одна фамилия – Горшков – чего стоит», – проносится в голове.

И что с тобой делать… Наталья Николаевна, наша учительница, блондинка, почти Снегурочка, всё прекрасно знает. Ну, развлечение такое у ребят – двоечника после школы потолкать, пообзывать, постращать немного. Сам виноват! Учиться лучше надо и постоять уметь самому за себя. Короче, Наталье Николаевне дела нет, она замуж собралась, жених приходил, на уроке у нас даже сидел, она смущалась.

Сам, Горшило, выпутывайся. Да разве ты сумеешь… Выхожу из класса. Иду по коридору, как первый раз, всматриваюсь во все закутки. О, откуда тут эта дверь? Понимаю, что многого раньше не замечала. Нужен запасной выход. Вот он, на случай эвакуации. Ключ. Где взять ключ? Охранник, как всегда, на месте. У него просить ключ бесполезно – цербер. В туалет отошёл бы на пару минут, мне бы хватило. Бегом в столовку. Блин, дежурные: «Не бегать!» А ещё что мне не делать, не подскажете, а то я сама не знаю.

Ладно, иду. Покупаю стакан компота. Нет, два. И обратно. Охранник.

– Дядя Володя, компотика не хотите? Купила в столовке, а выпить не успеваю, звонок уже скоро.

– Угощаешь? Ну, спасибо. Заботливые ученики у нас какие.

Выпивает залпом стакан, тут же второй. Я отхожу в сторонку. Жду. Как раз большая перемена. У него ещё десять минут на то, чтобы захотеть в туалет и оставить на минутку пост.

Семь минут, пять минут. Похоже, зря старалась, стойкий оловянный солдатик.

Так, у Горшкова шансы тают, не хочет охранник в туалет, и всё тут. Туалет… Туалет… Да! На первом этаже женский туалет выходит окнами во двор. Ну и что, что женский. Через окно вылезет и бегом домой. Пусть стоят возле крыльца, ждут. Понятно, хочется поржать, потолкать, попихать, посмеяться над чучелом очкастым.

– Горшков, тебя сегодня бить будут, – говорю негромко. – После уроков выйдешь чуть позже, чем все, иди за мной, выведу на задний двор.

Молчит, глаз не поднимает. Горшило, заори! Прямо сейчас встань и заори: «Уроды! Сволочи! Гады!» Хлопни дверью, уйди посреди урока, не молчи…

Нет, это я веду себя, как сволочь и предатель. Мне верят, а я предаю своих же, закладываю, сдаю их Горшкову, позволяю ему сбежать.

– Войкова (это я), отвечай с места, какой ответ?

«А какой урок?» – хочу спросить я. Реально не до учёбы мне сейчас.