Любовь, миндаль и текила

– Мистер, раз уж вы здесь, не могли бы вы помочь мне с поиском очков, я без них совсем ничего не вижу. Хотя… я заметила кое-что странное: кажется, вы совершенно голый. Похоже, ваше полотенце тоже потерялось, – девушка залилась звонким смехом, стараясь не смотреть в сторону мужчины.

– Что? – Валентин посмотрел вниз и понял, что обронил полотенце, когда бежал через ступеньки, вниз на улицу. Закрыв руками, что можно было закрыть, он ужасно покраснел. – Извините, что предстал перед вами в таком виде, мне ужасно неловко.

– Ничего, я же всё равно почти ничего не вижу без очков, – девушка мило засмеялась и немного покраснела.

– Почти ничего, но что-то вы видели, так?

– Совсем немного.

– Что значит немного? – мужчина покраснел ещё больше и решил закрыть эту тему. – Хорошо, хорошо, я понял, вы играете со мной, так? Обычно девушки мне делают комплименты.

Посмотрев на девушку, на её прекрасное милое личико и не увидев в нем ни капли игры или вожделения, которое могло бы возникнуть при виде голого мужчины, Валентин немного взгрустнул.

Его девушки сами проявляли инициативу, долго их уговаривать не приходилось.

Девушка засмеялась и снова наклонилась в кабриолет, видимо, забыв о надоедливом мужчине.

– Милая девушка, ответьте мне на один вопрос: почему вы ищете свои очки в моей машине?

– Что? Как вы сказали? В вашей? – стремительно выпрямившись, Валери прищурилась, чтобы посмотреть на донимавшего её мужчину. В этот раз Валентину удалось избежать удара от этой рыжеволосой воительницы, и он решил встать подальше.

 – Она ваша?

– Конечно, хотя если честно, я уже начинаю в этом сомневаться, – мужчина засмеялся и понял, что ведёт себя как мальчишка, стараясь привлечь внимание юной девушки.

Рядом проехала машина. Сидевшие в ней люди, увидев обнаженного мужчину, смачно присвистнули. Валери засмеялась и посмотрела на удаляющийся автомобиль. В этот момент Валентин высвободил одну руку, оставив другую где нужно, достал из бардачка шорты, лежавшие там с прошлой гулянки, и натянул их на себя, все ещё сильно смущаясь.

Обычно он раздевался перед девушками у себя в квартире, а здесь на улице, при свете дня, ему было как-то неуютно.

Повернувшись к Валентину, она прищурилась и с вызовом произнесла:

– Не говорите ерунды, она не может быть вашей! – продолжая искать очки, она внезапно вскрикнула и, выпрямившись, подняла руку, все пальцы которой были измазаны липким шоколадом.

– Что это такое? – она скривила мордочку от неприязни.