Будни Марсограда. Будущее начинается сегодня

Теперь главное, чтобы специалист бы хороший. Вот, например Элеонора Викентьевна…

– Садовод?

– Да. Она какой-то там кривой потомок самого Мичурина, и за свои яблони любого удавит. И закопает потом под деревом в качестве удобрения. У нас ее все боятся.

– А полиция?

– И полиция боится. Она ж академик! Фима из метеоритной безопасности тоже не прост. Он начинал еще с освоения Луны. Наград у него, как у Брежнева на парадном кителе. Плюс право звонить лично Президенту. Тот когда-то у него на практике был стажером.

– Ё-моё…

– Вот-вот. У нас не забалуешь!

Он еще постоял, непонятно оглядываясь, потом возвысил голос:

– Федька, выходи, я тебя засек.

Тишина была ему ответом.

Но Ротмистров не угомонился.

– Федор! – произнес он строго. – От меня бесполезно прятаться. Я это здание строил и знаю в нем каждый закуток.

Но и на этот призыв реакции не последовало.

– Ладно.

И Ротмистров прямо через газон полез в заросли цветущего жасмина, который буйно разросся по периметру здания.

Что за фокусы? Может он так от правосудия скрыться решил?

Минуту помедлив, я двинулся следом.

Глава 6. Подпольный центр

Как уже говорилось, здание Дворца культуры было первым на планете. Соответственно, оно имело несколько степеней защиты и двойной ударопрочный купол. По мере строительства города, купол из дефицитного материала разобрали, но ту часть, которая уходила глубоко в грунт, демонтировать не стали – слишком велики трудозатраты.

Как сейчас выяснилось, в зарослях жасмина имелась дыра, которая прямиком вела в полость между фундаментом и остатками купола.

Туда Ротмистров и полез.

Продравшись через кустарник (после атаки винегретом моему костюму уже ничего было не страшно), я спустился по корявой лесенке и оказался в изгибающемся вдоль периметра здания коридоре. Он был тускло подсвечен микроскопическими лампочками и выглядел часто используемым.

– Вот они где прячутся, – бормотал Ротмистров, двигаясь впереди. – Прозевал я…

Пройдя метров двадцать, мы очутились в обжитом помещении.

Здесь имелись столы, стулья, исписанная фломастерами школьная доска и стеллажи для книг и оборудования. Поверхность стен покрывали плакаты. Причем не с голыми красотками, как можно было ожидать, а сугубо научные. На одном я разглядел схему расположения ближайших к Солнцу звезд. Рядом, в сопровождении каскада формул, красовался рисунок «кротовой норы», возле которого скрупулезно перечислялись параметры, по которым ее можно обнаружить.