Дропкат реальности, или магия блефа

Протянул ее сыну. Мужчина углубился в чтение.

Спустя полсвечи он оторвался от посланий и спросил, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Если это не магики? Кому еще ты опять встал костью поперек горла?

– Скажи, скорее, кому я не мешаю, список получится гораздо короче.

– И все же?

– В последнее время хоганов всерадетель стал со мной особенно приветлив…

– Да вы уже сколько лет делите с ним власть, перетягивая Ваурия каждый на свою сторону, словно дети тряпичную куклу.

– Будто мы одни! Твой начальник, Эрден, тоже играет с нами в эту занятную игру.

Вассария слушала разговор отца и сына, и ее удивление все возрастало. Каждый в империи знал, что инквизиция и всерадетель – две длани божьи, что даруют мир и покой, защищая от мракобесья, несокрушимые в своем единстве. Во всяком случае, так вещал хоганов пастырь тихонской молельни каждую воскресную проповедь. Правда, Васса на этих мероприятиях откровенно зевала, старательно игнорируя визгливый голос проводника слова божия.

Последний, кстати, ассоциировался у девушки с матерым козлом, но не только из-за бороды и порою туповато-решительного выражения морды лица. Воняло от него знатно, ядрено, как и от приснопамятного парнокопытного. Да так, что не всякая вошь решится на дегустацию столь пикантно приправленного блюда. Но все прихожане терпели – слуга вышнего как-никак.

А сейчас оказывается, что две «длани» норовят не только показать друг другу кукиш, но и надавать оплеух.

Занятно. Меж тем великий инквизитор продолжал:

– Я, конечно, заинтересовался, отчего попал в расположение всерадетеля и, обеспокоенный его благополучием и здоровьем, обеспечил ему тайную охрану со своей стороны.

«Ну да, – хмыкнула Вассария, – сейчас это так называется…»

По хитрющим глазам обоих мужчин девушка поняла, что к шпионажу во всех его проявлениях оба собеседника относятся более чем благосклонно.

– Единственное, что удалось узнать, – достопочтенный хоганов дланник все так же не прочь исповедовать симпатичных монашек из обители святой Баяны, преимущественно в средень, ближе к вечеру.

– А подослать ему наушника не пробовал?

– Пробовал, и не раз! Но все мои шпионы на чем-то да прокалывались. Ни одному не удалось втереться в доверие.