Достать дракона, поймать корону

Встала с постели, чтобы дойти до стола, где еще со вчера нас ждал романтический ужин, в базовую комплектацию которого входил и графин с водой.

Но дойти я не смогла, на третьем шаге покачнулась и провалилась в неконтролируемое видение.

Все вокруг было отчетливым и реальным, осязаемым. И острые камни под босыми ступнями, что резали кожу, и скалы с бородой из облаков, и пронизывающее дыхание стылого ветра, который рвал подол моего платья. А я держала в руках клинок и бежала, пытаясь спастись. Казалось, что нет ничего важнее, чем не выпустить его из рук.

И голос, что шептал со всех сторон, будто проникая прямо под кожу:

– Я найду тебя…

Но я упрямо бежала вперед, и тут… передо мной возникла морда дракона, которая в следующий миг раззявила гигантскую пасть, и оттуда вырвалось пламя. Оно охватило меня. Я заорала, понимая, что умираю и…

Очнулась на руках у обеспокоенного дракона. И заорала еще раз, задергалась, пытаясь высвободиться из мужских объятий.

И тут дверь распахнулась, явив на пороге и стражу, и прислугу, и придворных, и Арнсгара собственной персоной.

Видимо, последний не успел далеко уйти. И столько укора было во взгляде карателя: дескать, я, конечно, советовал вам подавать признаки жизни и любви из-за двери спальни, но не настолько же…

А я, понимая, что ни за что не скажу сейчас о видении, в котором какой-то дракон (возможно, даже Йордрин) меня убил, сглотнула и произнесла первое, что пришло на ум:

– Там была мышь! – И ткнула дрожащим пальцем в самый дальний угол.

Удивительно, но в самое идиотское из объяснений поверили легче всего. Во всяком случае, придворные дамы, среди которых были и две драконицы, едва только поняли, что ничего серьезного не произошло, каким-то немыслимым образом испарились из коридора, конденсировались в спальню, кристаллизовались в районе кровати и с умным видом начали изучать то самое место, куда вчера упал раненый Йордрин.

Драконица постарше, как мне показалось, одобрительно кивнула, а та, что была помоложе, скривилась.

И только когда я увидела алое пятно на простыне, поняла, что стало предметом столь пристального внимания.

Прошлой ночью нам с мужем было как-то не до супружеского долга, а вот всему императорскому двору до него был самый что ни на есть живейший интерес. Впрочем, усмирить пыл оного помог лишь один взгляд дракона, после которого всех любопытных как ветром сдуло. И у меня создалось впечатление, что дракон просто позволил придворным увидеть то, что ему было нужно.