Ловец

– Детка, – глядя ей в глаза, он начал доставать из ворота засунутые мною купюры.

Скомканные бумажки заставили Марлен невольно перестать пожирать взглядом блондина. Соблазнительница не могла отвести взора от мятой, но так призывно шелестящей бумаги. Полугодовое жалование горничной в доме аристократа – деньги не баснословные, но и не самые маленькие.

Ловец же аккуратно свернул деньги в трубочку и опустил скрутку в ложбинку меж грудей красотки. Та победно улыбнулась.

– Это тебе на одежду, а то, смотрю, у такой крошки денег на платье совсем нет… – Марлен беззвучно открыла и закрыла рот, а блондин продолжил: – И не стоит так стараться.

Видишь ли, я сейчас не настолько изголодался по женскому телу, чтобы соглашаться на базарные сплетни, что не обсуждал только ленивый. Предпочитаю книги.

Увидев недоуменное лицо Марлен, он зло усмехнулся и пояснил:

– Женщины – как мысли. Если растиражированы и доступны всем, как бульварные листки – не особо интересны. Их можно послушать лишь разок, когда очень хочется заняться чем – то другим.

Ловец говорил блондинке, но отчего-то смотрел на меня. И этот его жест с деньгами, будто он хотел мне этим что-то сказать. Вот только я не поняла: что именно?

А потом он круто развернулся, и без замаха, кинул сгусток тьмы в штору, что закрывала вход в каморку при кухне. Черная дыра размером с напольное зеркало раззявила свою пасть, в которую незваный гость и шагнул, не прощаясь.

После его ухода на кухне воцарилась тишина. Ее нарушила недовольная Марлен.

Девица вынула из декольте трубочку с деньгами и обреченно протянула:

– Полная жопа…

Я не сразу поняла, о чем это она, и решила ее подбодрить:

– Да нормальная у тебя фигура.

– Она не об этом, – ехидно прокомментировала Фло, все так же наблюдавшая диспозицию из дверного проема. – У нее тут такой мужик сорвался. И при деньгах, и красивый. Ловец опять же. А то, что нервный чутка… Так в постели наверняка горячий. И честный, что по нынешнему времени редкость. Все правду Марленке в лицо бросил, – она хмыкнула, а потом продолжила, обращаясь уже к полураздетой девице: – Только ты, милка, не обольщайся.

Он на тебя не клюнет. У него тут, носом чую, другой интерес нарисовался.

Глава 3

Тэд

Ловец шел по переулкам лабиринта, то срываясь на бег, то снова восстанавливая дыхание. В голове его теснились мысли и образы, казалось, сводившие его с ума. А может, не казалось? Сейчас, остывая, он понимал, что чуть сгоряча не натворил.