Попасть в отбор, украсть проклятье

А обнаружили видавшую виды чугунную сковородку, обмотанную порванными панталонами (чтобы не гремела) и старый утюг с пятнами ржавчины на днище, обернутый в подарочную (ну не было у меня под рукой ничего другого) бумагу, пледа, на котором моль устраивала традиционные выездные пикники, пару конспектов по некромантии и кулек с пирожками. Последний мне заботливо всучил Чейз, уже когда я садилась в магомобиль, выкинуть было некуда, и посему гостинец пришлось впихнуть в будущего «утопленника».

Не знаю, что произвело на досмотрщиков большее впечатление, но теперь на меня смотрели оценивающе.

Вещи проверили на проклятья, яды. Пирожки проверили три раза, уменьшив кулек едва ли не вполовину. Видимо, бдели после случая с бутербродом. Пришлось отобрать еду у дегустаторов со словами:

– С вашей бдительностью у меня от взятки ничего не останется! – и ревниво уложить пирожки, завернутые в промасленную бумагу, рядом с утюгом.

Каратели, причастившиеся ко «взятке», предназначенной для ворона, повели себя в лучших традициях мздоимцев: сделали вид, что они тут совершенно ни при чем.

Когда же я оказалась в кабинете Арнсгара, то меня мстительно представили эйрой «с вашим именным перстнем, которая жаждала аудиенции».

Козырнув «разрешите идти?» и получив дозволение, мой провожатый удалился. А Арнсгар поднял на меня усталый взгляд. Вот почему у меня сложилось впечатление, что со вчерашнего дня он не спал ни минуты?

– Привет, – я чувствовала себя крайне по-идиотски. – А я вот к тебе со взятк… в смысле, с пирожками.

Будешь?

– Отравленные? – усмехнувшись, уточнил ворон.

– Хуже. Понадкусанные. Охранники на входе оказались очень бдительными. – И тут же без перехода добавила: – Пусти меня в трупницкую. Я там полежу, пока не… – «сдохну» сказать не успела. Ворон меня перебил:

– Идти некуда? – понимающе вопросил он.

– Угу.

– Ладно, давай свои пирожки. Сейчас что-нибудь придумаю.

Пирожки Чейза были ликвидированы за какие-то пару минут.

– Я не спрашиваю про «спал», но, Арнсгар, ты хотя бы ел сегодня? – вырвалось у меня помимо воли, когда я наблюдала, как стремительно исчезает еда.

– Ар, зови меня Ар, – выдохнул ворон и, как мне показалось, неожиданно сам для себя признался: – Ренегаты раскрыли наших внедренных агентов. Работа, которая велась не один год, обороню под хвост.

Видимо, увидев удивление в моих глазах, он пояснил:

– Тай, ты, наверное, единственная, кому я могу рассказать об этом. Как и о том, почему тебя убили.