Ты Ягусю не замай, с нею солнышко Бабай

Они не соображали на троих, и вообще, почти уже не соображали, мечтая только о том, как они плюхнутся в волны, а потом будут загорать на лежаках. Потягивая можжевеловый коктейльчик.

– ЭЙ!!! – раздалось гораздо громче, – тетки – наглый купальник, поставили лежаки на место!

Две ведьмочки таки сообразили, что это к ним, и потащили лежаки обратно, но самая старшая, самая упертая, продолжала переть свой аки бронетранспортер, помноженный на бульдозер.

– Я КОМУ СКАЗАЛ!!! – рев разгневанного смотрителя усиленный микрофоном, прокатился громом небесным над пляжем, – ТЕТКА НЕ ГАБАРИТНЫХ ГАБАРИТОВ поставь лежак на место!

– Это он мне?! Я не габаритная?! Да я…, да я… аппетитная!

Со всех сторон поднялся гул, как будто рой пчел влетел со всех крыльев в солнечное, пропитанное парфюмом пота и моря, пространство.

– Это он кого так назвал?!

Со всех сторон поднимались аппетитные, Рубенсовские ведьмочки. Или Ренуаровские… Не важно! Задел одну, задел всех!

Ведьмы, сейчас именно ведьмы, прям, ведьмы, без помощи метелок поднялись в воздух, и организованно понеслись к будке бессовестного смотрителя.

Тот дураком не был, не третий брат, чай, сообразил, что ляпнул, и уже теряя подковки и не успевая поддернуть сползающие штанишки, улепетывал с пляжа, под прикрытие чего-нибудь мужского.

Наивный!

Да любая толпа мужчин, стоит им увидеть такую организованную организацию, побегут впереди планеты всей, и забьются в самый уголок пещеры.

Ибо нет ничего стихийней стихийного бедствия: Разъяренная толпа леди.

С них всё, что к леди относится, в такие моменты слетает, а вместо этого появляются метлы, скалки, сковородки и прочие орудия труда, легко превращаемые в оружия сражения.

– Ой, девочки! – рассмеялась старшая и самая обиженная, – да мы ж его запугали совсем! Небось, решил, что на декокты пустим. А что… могём, однако! Но что-то мы как будто и взаправду злые ведьмы.