Тысяча и одна Ведьма 2

– Верья, у меня к тебе просьба, дай нам с Кнопкой на сегодня выходной, а?

– А вот и дам! К тому же она уже тоже меня о том просила! А что это ты задумал?

Суховато спросила у парня Ведьма.

– Да…Верья, я так замотался, что даже не видел, какая она красивая! А какая добрая! А какие у неё глаза! Ах, какая она…вся такая!

За стенкой грохнулся об пол как минимум сервиз.

Верья усмехнулась:

– Посуда к счастью бьётся! Ой, к счастью!

– Ай! – послышался голосок из другой комнаты, а затем новый грохот – ай! К радости! Верья, ты не ругайся! Я новый куплю!

И к ним вышла донельзя смущенная Кнопочка.

И была она в этот момент так смущенно красива, так хороша своими заалевшими щечками, что Валд заглядевшись на неё, начал лихорадочно вспоминать:

«А где тут ближайший ювелирный?! Надо делать предложение, пока кто-нибудь раньше меня не постарался!»

И он грозно посмотрел в сторону заходящего в комнату Гарри Квоттера.

Родня Коши, когда нагоняет прошлое

Дракон взял трубку не сразу.

Алмазы пересчитывал. И высчитывал, во что ему обойдется обучение всех Амазонок в Академии.

Это же очень важно, знать, что и сколько надо потратить на всякую текучку, что останется на удовольствия, а что можно и приначить.

Звонок застал его на три миллиона пятьсот восемьдесят тысяч восемьсот двести шестом алмазе.

Дракон педантично взял в руки карандаш, записал число, и только тогда взял трубку:

– Дракон на проводе, – вальяжно донеслось абоненту, там, туда, в далекую Академию, – что?! – тональность резко изменилась, после первых фраз о малютке, – совсем одна? Одними конфетами питается? Нахальная? Кто родня не признается?! Скоро буду.

Всех впускать, никого не отпускать!

Он отложил трубку, пригладил взъерошенную чешую. Вздохнул…

Вот так нас и нагоняет прошлое. Подумал он.

Но деваться было некуда. Надо лететь. Надо искать.

И уже совсем скоро на площадь перед Академией приземлился огромный ящер.

Академия вздрогнула, но устояла.

Адепты не дрогнули, но собрались вокруг, чтобы поглазеть на красавца.

Дракон, зная, что им очень даже можно любоваться, аккуратно сложил крылья, пригладил головной гребень, проверил, не покосились ли рога. Ни дать, ни взять сержант, перед выходом на ковер к полковнику.

И ещё раз вздохнув, отправился пешком к своим дамам.

Дамы сидели, умиляясь на Кошу.

Коша умилялась на шоколадки.