Кастинг-шмастинг

Перед каждой дверью лежали либо половички, либо тряпичные кругляшки, либо стершиеся резиновые квадратики. Из стены тут и там торчали водопроводные краны. Из-под раковин выглядывали прокисшие черные ведра. Полки с хламом вдоль стен прикрывали занавески, кое-где подмоченные, начавшие чернеть и подгнивать снизу.

Майку это слегка поразило. Прекрасный Принц мог жить в хрустальном дворце, на худой конец в шикарной квартире на непостижимой высоте… Но не среди этих раковин, забитых картофельной кожурой, вываренным лавровым листом и перловкой… Под потолком застоялся запах жареного лука и рыбы…

Только у одной из дверей рядом с туалетом в самом тесном и темном углу не было помойного ведра, и на полках, предназначенных для хлама, теснились разнокалиберные горшочки с фиалками.

Здесь в угловой квартире жила одинокая женщина, целыми днями пропадавшая на работе. Фиалки были ее хобби.

Сюда не проникал солнечный луч, из кухни несло чадом, из туалета – кислятиной. А цветы, будто питаясь этой дрянью, стояли тугие, свежие, с толстенькими меховыми листьями.

И все до одного, точно сговорились, буйно цвели, горели пронзительными синими, фиолетовыми и бордовыми огоньками. Майка не утерпела, понюхала цветы, погладила теплые листочки и присела в фиалковом укрытии на низкую батарею.

Из туалета тотчас вышла черная носатая старуха в толстом спортивном костюме, с жестяным узкогорлым кувшином в руке. Она подозрительно с ног до головы оглядела девочку.

– Ты чего сидишь? Чего надо? – накинулась она.

Майка догадалась пробормотать:

– Мне сказали… Я думала… Мне квартиру снять. Я думала, пускают.

– Не ходят к нам квартиры снимать, – мрачно сказала старуха. – Нет, не ходят. Одни пропащие, может.

Она ушла, оглядываясь уже не только с подозрением, но и с ненавистью. Майке пришло в голову, что если еще раз старуху вынесет нелегкая, то та уж точно поднимет шум. И тогда, наконец, оживут эти мертвые высокие двери, будут открываться, скрипеть, хлопать, начнут высовываться чьи-то головы.

И Майка, возможно, увидит сероглазого Принца.

Она пригрелась и задремала, когда прямо напротив распахнулась дверь, оттуда вылетела высокая рыжеволосая девушка в распахнутой шубке. Перед самым Майкиным носом мелькнула во взмахе узкая рука, браслет с зелёным камнем на запястье. Она пронеслась мимо девочки, опахнув ее ароматом тонких сладчайших духов. Входная дверь уверенно, громко, как за своим здесь человеком, хлопнула за нею.