168 часов. Гиперпанк

Ленар перевёл взгляд на блюстителя порядка, ничего не понимавшего из диалога на тарабарском языке, и строго спросил:

– Господин полицейский, у вас дети есть?

Благодаря куртке с шевронами городовой принял раненного за пилота РСДРП.

– Обопритесь на меня, товарищ Левоневский. Сей минут найдём транспорт и мигом в госпиталь.

– Идёмте. – Ленар обнял крепкую шею, похожую на ствол дерева, и согнул ногу, из которой торчал белый осколок. – Так, говорите, дети есть?

Богатырь в мундире взял под рёбра так, что маэстро издал качественный стон.

– Конечно. Как без них.

– Отлично, значит умеете носить раненых лётчиков, – с серьёзным лицом похвалила Серафима, успевшая привыкнуть к самоиронии Ленара.

Истолковав слова актрисы в буквальном смысле, полицейский вовсе подхватил маэстро на руки и побежал к автомобилю. Добровольцы помогли погрузить знаменитую личность в пассажирский «Дукс», который помчался, непрерывно сигналя, прочь от растерзанного Ходынского поля.

Часы работали против недельного тура в Париж.

Требовалось срочно бежать из города: во-первых, чтобы успеть к сроку, во-вторых, совсем не хотелось садиться в местную тюрьму за убийство и грабёж. Чтобы избавиться от полицейского, ставшего невероятно заботливым, маэстро у дверей госпиталя выделил ассигнацию в пять рублей на таксомотор, потребовав отдать лично в руки начальнику сыска документ международного значения. Благо в планшете, кроме денег, обнаружился конверт на немецком языке. Хозяйственная Серафима упрекнула:

– Он и так доложил бы по телефону.

– Эх, Фимочка, смотрите, что в городе твориться – Вавилон, доберётся нескоро. Позвони из госпиталя, и комплект сиделок в форме обеспечен. На таких рельсах любой скорость потеряет. – Ленар оглядел больничный покой с выбеленными извёсткой стенами и потолком. – Где выход из богадельни?

– У вас нога сломана, – напомнила Серафима, вовсе не понимавшая, каким образом можно ходить с подобной травмой.

– Да?! То-то понять не могу, зачем гипсовую повязку доктор сочинил.

Купите морфию в аптеке.

– Вы скала!

– Хо, теперь можно смело выбросить наркотики. Чаще говорите подобные штуки, и тогда на Монмартре закормлю круассанами в шоколаде.

– Случайно, не морфинист? Какой Монмартр? Мы вроде в Берлин летели?

– Какая разница, когда везде Европа? Что за вопросы? Рядом с вами любая химия теряет градус. Самолёты отбрасывают крылья за ненадобностью! Тут или морфий, или тюрьма. Ловите такси и стойте у ворот. Времени решительно нет.