Тихоня деревенская

Господи, с таким именем-отчеством и логопеда не надо…

Всё смешалось в Вичкином доме. У мамы Юли свадьба. Сработала ворожба, снят венец безбрачия! Жених бизнесмен – не прежнее чмо, а другой. Он женится и увезёт маму далеко. Он весь в белом, высокий, лысый и улыбается мёртво и жутко, как мистер Пропер.

Мама Юля сказала, что его зовут Зад, и подтолкнула Вичку поздороваться. Какие неприличные имена бывают у взрослых, но что поделаешь. Вичка, спотыкаясь, смущённо говорит: «Здравствуйте, дядя Зад». Все хохочут, и мама Юля шёпотм поправляет: «Не Зад, а Азат! Дядя Азат!»

Как славно, когда все смеются.

Вичка тоже хохочет и звонко кричит, уже нарочно:

– Здравствуйте, дядя Зад!

– Виктория, не вредничай! Извинись сейчас же перед дядей, – сладко улыбается Жужа и больно впивается ногтями в пухленькую Вичкину руку выше локтя.

– Ну что вы, ребёнок балуется! – Мистер Пропер улыбается, наклоняется к Вичкиному уху: «Ещё раз скажешь – дам леща, мелкая засранка!»

Зачем Вичке рыба лещ? Нет, и это не настоящий Принц.

– Свадьба в июне – это экономия. Пионы стоят копейки. Усыплем лестницу и весь зал, будто лепестками роз.

– Нет, но каковы расценки, тихий ужас! Помните советские цены: хлеб 16 копеек, бутылка подсолнечного масла – рубль 3 копейки. Яйцо десяток – 90 копеек, рисовая каша брикет – 19 копеек, пачка кофейного напитка «Кубань» – 19 копеек…

Вичка прислушивается к стрёкоту швейной машинки из кухни, к женскому стрёкоту из спальни. Она путалась под ногами и вот забралась в ванную, сидит перед стиральной машиной.

В круглом иллюминаторе бешено плещется пенное бельё. Вичка смотрит, кто победит: розовый пододеяльник голубого – или наоборот? Побеждает голубой пододеяльник, поглотив розового соперника с потрохами и легко сожрав при этом Вичкины маечку и трусики, а также бабДорину ночную рубашку.

Вичка плачет. Сегодня во время прогулки Серёжа катал девочку из группы на велосипеде, и они целовались за верандой. Вернее, не целовались (Вичка видела в фильмах, как это по-настоящему делают дяди и тёти), а стукались носами.

Скашивали глаза на прильнувшую к забору, сморщенную от страдания Вичку, и хихикали.

Дворник только что полил газон. Вичка набрала грязи вместе с травой и стала бросать в изменника. Так увлеклась, что не заметила, как её жёстко и цепко взяли за плечо. Воспитательница подвела её к бабе Доре, которая зачиталась толстой книгой. Баба Дора больно дёргала Вичку за руку вниз и обещала, что больше такого безобразия не повторится.