Жених с приданым

Все окна светились, только на третьем этаже были темны. Вероятно, это была квартира супругов. Сейчас там зажжётся свет, опустятся шторы. И муж с женой, оставшись в четырёх стенах, с облегчением скроются каждый в свою скорлупу. Он, наверно, включит телевизор. Она в спальне будет снимать золото и любовно укладывать его в хрустальную ладью.

…Девушка с парнем закончили, наконец, свои подсчёты и подбежали к заждавшейся «танюхе»:

– К «Центральному» кинотеатру!

Серёга с места весело рванул застоявшуюся машину, так что пассажиры от неожиданности упали на сиденье, нечаянно обнялись и рассмеялись.

Всю дорогу они шептались и прыскали. Парень пытался целовать девушку. Серёга для них тоже был частью машины, но уже по той причине, что они были поглощены исключительно друг другом.

Когда расплачивались (денег хватило едва-едва), девушка вытащила из складки плюшевого чехла связку ключей:

– А вот кто-то обронил.

– Дайте их сюда. Оставил какой-то рассеянный с улицы Бассейной.

– Ой, как же они без ключей! – беспокоилась девушка.

– Ничего, сдам в стол находок.

Парень с девушкой, взявшись за руки как пара фигуристов на льду, заскользили к нарядному входу. Серёга не завидовал парню. Ничего не скажешь, парень, хороша твоя избранница, но… не то. Видно было, что она из простой семьи, и образование имеет среднее специальное, не выше. Ей далеко было до Серёгиного идеала, как земному грубому цветку – до далёкой холодной звезды. Слишком она была круглолица, румяна во всю щеку, открыта и проста – такую не надо оберегать и кутать от жизненных сквозняков.

Ключи тускло поблёскивали и едва слышно звякали при толчках на переднем сидении. Серёга припомнил сегодняшних пассажиров. Потеряй ключи кто-нибудь из первых, следующий пассажир заметил бы и сказал. Заметили и сказали последние: парень и девушка. А перед ними была неразговорчивые супруги. Муж вертел что-то бренчащее на пальце. Потом жена ему сказала: «Не оброни ключи, с тебя станется».

Теперь он знал, почему так долго не зажигалось окно на третьем этаже.

«Танюха» уже ушла, когда, как заяц, выскочил во двор жестоко изруганный, запыхавшийся мужчина в расстёгнутом пальто…

Серёга прирулил к «сталинке» на Ломоносова. Поднялся на третий этаж, долго звонил в восьмую квартиру – здесь, по его расчетам, не зажёгся свет. Никто не открыл пухло обитой, в золотых гвоздиках, двери. Мужчина, куривший на верхней площадке, крикнул:

– Зря звонишь, парень. Они к родственникам уехали ночевать.