СатАна

Ну, так что скажешь, ты готов дать подобную клятву?

Грегор думал не дольше секунды.

– Да, верховный адепт.

– Подожди. Прежде чем ты всё узнаешь, я хочу предупредить ещё об одном. Будь готов к тому, что Сатана, узнав, что именно ты от неё скрывал, возможно, никогда тебя не простит. Как, в общем-то, не простит и меня.

– Почему вы так думаете?

– Я просто знаю свою племянницу и её взгляд на некоторые вещи. Но сейчас суть в другом… Так что, ты согласен?

– Я уже ответил вам, верховный адепт. Если от этого знания будет зависеть благополучие Сати, то я готов пойти на риск.

Хейдо Борн помолчал, словно обдумывая слова своего собеседника. А затем, слегка опустив голову, вздохнул:

– Хорошо, я расскажу тебе всё…

За окном солнце ещё даже и не думало опускаться за край. Напротив, оно буквально изо всех сил вцепилось в свое тёплое уютное местечко на небе, не желая двигаться никуда в сторону и тем самым словно намекая Грегору, что и ему следует устраиваться поудобней. Разговор сулил быть очень долгим.

Глава 2: Откровение

Клан есть семья. Как и в любой семье, внутри Клана все открыты между собой. Таков изначальный порядок. Нарушение порядка ведёт за собой гибель Клана, а значит заведомо недопустимо.

Выдержка из верховного устава клана Тарвати

Ключ в замочной скважине тихо скрипнул и увесистая деревянная дверь, облицованная по бокам металлом, застыла в немом спокойствии, заверяя, что кабинет будет в полном порядке, пока его хозяин не вернётся назад.

Мужчина в дорогом чёрном пиджаке с золотыми узорами в районе ворота и на рукавах слегка потянул за ручку, чтобы проверить, надёжно ли заперт замок. Дверь не поддалась. Что ж, это вполне приемлемо.

Ещё с секунду потеребив в руке связку ключей, а затем спрятав её во внутренний карман пиджака, Стюарт Нотжис лёгкой размеренной походкой пошёл прочь по коридору.

Это был мужчина лет сорока, солидной и очень важной наружности. Лицо его украшали широкие густые усы, столь же густая борода и лысина на пол лба, которую он, однако, даже не пытался прикрыть от чужих глаз.

В своей же правой руке он сжимал изысканную деревянную трость, которая была совершенно не нужна ему во время передвижения, однако служила важным, хотя и очень простым элементом декора. Наверное, именно потому мерное постукивание металлического наконечника о пол, обычно раздающееся при ходьбе, порой прерывалось, когда владелец трости ненадолго забывал ею пользоваться.