Брошенный. Повесть, фантастика

Папа с мамой были одногодками, поженились на втором курсе института, через год родили его, героически учились между пеленками и болезнями сына, не сломались перед бытом и сейчас любили гулять, взявшись за руки. Они выглядели молодо, посещали бассейн и теннис. Вадик никогда бы не подумал, что старость может начинаться вот так: с отказа от физической работы.

– Бабуль, а в конце июня картошку уже не сажают?

– У нас бабки и в конце июля сажают. Потом в сентябре на базаре как свеженькую продают. А ты что задумал? Семена я сохранила, а вот чтобы вспахать, надо искать коня или трактор.

– Я, бабуль, завтра пройду дедушкиным маршрутом, а там видно будет.

– Дед до самой смерти двор в порядке держал. Бензокосилку он себе купил, когда Арина школу заканчивала, а до этого всё косой махал. Бывало, весь двор обкосит, а потом ещё тропинку до Фединого дубка ведёт.

– Какого дубка?

– На том пригорке растёт, за старым руслом. Видишь? Ты заканчивай, умывайся. Я пока на стол соберу.

Вадик встал на скамейку, чтобы лучше осмотреться.

Вечером в июне светло, как днём. Бабушкино село стояло на левом берегу речки Сонная. В селе ее название произносили по-свойски – Сонька. Центральная улица села сначала шла вдоль реки, а потом упиралась в берег, потому что речка делала резкий поворот влево, образовав излучину с широким песчаным пляжем. От Центральной улицы влево почти под прямыми углами расходились переулки. По правой же, «бабушкиной» стороне улицы, за дворами и огородами начиналась низина, образованная старым заброшенным руслом Соньки. По весне её затапливало, а потом всё пространство зарастало камышом и непроходимым кустарником. По низине к речке никто не ходил. И только его дед, не жалея сил и времени, прокашивал из своего огорода тропинку до нового русла.

Бабушка накормила до отвала. Вадик не признавал супы, и бабушкин борщ взялся хлебать из вежливости, да не заметил, как увлёкся. Они с бабушкой сели смотреть новости, но тянуло в сон. Он пожаловался, что никогда так много не спал, получил в ответ рекомендацию по поводу того, что «организм сам знает, сколько нужно отдыхать для здоровья», и отправился к себе.

Мамина кровать с готовностью прогнулась всеми пружинами под его позвоночником.

6

Ему показалось, что заснуть он не успел, как в окно постучали. Подняв голову, он рассмотрел яркий, скорее всего, искусственного происхождения, свет за окном. Кому потребовалось освещать окно фарами? Вадик тяжело поднялся с кровати и пошёл на свет.