Конец света сегодня

В какую-то минуту их коитуса Сидор краем глаза заметил Рани. Она стояла на пороге ванной комнаты и снимала все происходящее на цифровую камеру. Это немного отрезвило журналиста.

– Для чего она нас снимает? – резко спросил Сидор у забалдевшего спутника.

– Кто? А, Рани! Она любит домашнее видео. Потом просматривает и ласкает себя. Ведь у нее никогда не будет партнера – она из касты неприкасаемых. Рани, не волнуйся, снимай, снимай.

– Нет, я не хочу, – возразил Сидор. – Распутники вы этакие, Камасутры на вас нет! Что вы творите?! Прекратите немедленно!

Но ничего не прекратилось.

Импровизированная оргия продолжалась до тех пор, пока не расплескалась последняя вода из ванны. Тогда любовник вытащил Сидора из ванны, завернул в широкое, как Ганг, полотенце и оттащил в спальню. Тут Сидор и уснул, пресыщенный оргазмами и оттого глубоко несчастный.

Сон его был тонок и неверен. Сидору все мерещились какие-то шаги, шепот, робкое дыхание, трели соловья… Несчастному, заточенному в теле красавицы, казалось, что вокруг шастает толпа сексуально озабоченных маньяков и жаждет этого самого тела.

– Как нелегко приходится быть женщиной, – пробормотал Сидор и проснулся.

Поначалу он не сообразил, где находится, а потом понял – в спальне Юдифи. Слава богам, у женщины и банного маньяка были отдельные спальни.

Сидор похлопал глазами, привыкая к темноте, разбавленной неясным свечением садовых фонарей. Он уже не хотел спать, хотя и дико устал.

Видимо, от сочетания бессонницы и усталости все его чувства обострились. И когда откуда-то из-под кровати донеслось тихое шипение, Сидор чуть не подпрыгнул.

– Змея! – прошептал он, и ему показалось, что противомоскитный полог навис над ним погребальным саваном.

Это действительно была змея. Гигантская королевская кобра скользила по гладким плиткам пола, словно воплощенная смерть. Сидор понял, что сейчас его жизнь и закончится, но вдруг припомнил Киплинга.

«Рикки-Тикки-Тави». Нужен храбрый мангуст, который одолеет проклятое зло.

– Мганга, – прошептал Сидор не громче дуновения ветра. – Мганга, сюда!

И Мганга явился. Не тратя времени на боевые стойки, храбрый маленький мангуст кинулся прямо на шею змее и вонзил в нее острые зубки. Змея зашипела и заерзала по полу, стараясь сбросить мангуста и укусить его. Но Мганга сидел на ней мертво и только все сильнее грыз шею.