Любовь – это розы и хлыст

– Да уж, не балуют вас, девчонок, – вздохнул подшкипер. – Капитан всё трижды проклял за то, что взял вас на борт. Женщина на корабле – к беде, а уж такие бедолаги, как вы, своими слезами и накликали этот шторм. И похоже, ветер крепчает. На!

Он протянул мне кусок чего-то темно-коричневого и ужасно сухого. Я робко взяла.

– Не бойся, это вяленая говядина. Грызи ее, всё не так будет голодно.

Я кивнула и вцепилась зубами в кусок высохшего мяса. Оно показалось мне самым изысканным лакомством на свете.

– Пойдем, посидим, – предложил мне подшкипер.

Мы сели на бухту каната, я грызла мясо, не в силах от него оторваться, а дон Гордони достал из кармана толстую коричневую палочку и поджег ее с одного конца, а другим концом вставил в себе рот. Палочка принялась дымиться, очень душистым дымом, подшкипер втягивал в рот этот дым, выпускал его через ноздри и, похоже, был весьма доволен таким времяпровождением.

– Как ты попала в общину сестер Святого Терпения? – вдруг спросил он меня.

– В общину? – удивилась я. – Я не…

– Так ты ничего не знаешь? Дуреха… – он втянул и выпустил дым. – Говорят, община сестер Святого Терпения заботится об исправлении испорченных девушек и женщин. На острове Инкубо у них замок – Кастелло-дель-Мизерикордиа… Только я не вижу, чтоб о вас на корабле особо заботились. Ты знаешь, что всем девочкам не разрешается выходить из кают?

– Нет. Но в каюте так затхло и душно! И потом, где здесь… toilette?

– А, гальюн! Туда положено ходить только команде.

– Хорошо, я вернусь и поищу.

– Бедная ты малявка! Что за роба на тебе! Чайнские кули, которые таскают на спинах мешки с грузом муки и кофе, и те одеты получше! И ты к тому же босая!

– У меня, наверное, украли одежду и обувь, – проговорила я, загоняя в горло слезы вместе с очередным куском говядины. – Меня лишили сознания, а очнулась я уже тут…

– Сволочи! – рыкнул подшкипер. – Такое творить с детьми! Это беззаконие!

– Моя мать, – прошептала я.

– Чего ж ты такого натворила, раз мать так на тебя разгневалася? Ведь тебя от нактоуза не видно!

– Я… убила мужчину.

– Да ты что? Взрослого мужика?!

– Да.

– Держись крепче! И чем ты его?

– Своим stiletto.

– А по тебе не скажешь, такая маленькая и тихая девочка! За что ты мужика-то? Полез к тебе?

– Почти.

И я пересказала подшкиперу свою историю.