Признак высшего ведьмовства

 – Материалы прибудут интернет-каналом сегодня после полуночи.

– Хорошо. У вас что-то еще, магистр Рэм? Красавец с глазами цвета темного меда слегка смешался:

– Нет, ничего.

– Тогда…

– Погоди ты, – совсем другим голосом вдруг сказал Рэм Теден. – Еще не надоело тебе в официальщину играть, королева ведьмовства? Да, у нас проблемы. Да, мы облечены высокой властью. Но, Дарья… Ты не устала быть вечно сильной?

– Магистр Рэм!..

– Знаешь, чего тебе не хватает? Прогулки по заросшему клевером утреннему лугу, купания в речке, вечернего сидения у костра.

– Магистр Рэм, – Дарья старательно выпуталась из сладких чар голоса Рэма Тедена. – Я снова вынуждена напомнить вам, что мои желания, равно как и мечты и надежды, не подведомственны вашему магистерству. Жду материалов по убийствам.

– Дура ты, Дашка, – печально и зло проговорило лицо Рэма Тедена.

– И вы благословенны будьте, магистр, – ровно ответила Дарья и приказала кристаллу прервать связь.

До полуночи оставалось совсем немного времени, и Дарья поняла, что на сон она его уже не потратит. А завтра ведь такое расписание дел… Но Мирта Ишкольц не шла у нее из головы.

– Почему ты это сделала, девочка? – прошептала Дарья Белинская, глядя на матовую поверхность волшебного зеркала. – Почему?

То, что не попало в досье ложи. Венгрия, г. Дебрецен, 5 апреля 2019 года, смерть Мирты Ишкольц.

Сегодня утром Мирта проснулась и поняла: что-то произойдет.

Что-то очень важное.

С нею.

Недаром ночью ей приснились стихи.

Мирте часто снились стихи. Они нарушали ее спокойный, почти детский сон, но она все равно просыпалась и записывала их. Некоторые из своих стихов Мирта показывала учительнице литературы, и та говорила, что стихи талантливые, но немного странные для Миртиных лет.

Девочка села в кровати и потянула с тумбочки листок бумаги – с «ночными стихами». Перечитала их.

Приходит знанье слов.

Приходит знанье слез.

Приходит всех кончин

Обугленное знанье.

И через толщу снов

Спокойно и всерьез

Ты шепчешь имена,

Как будто заклинанья.

С последним днем зимы

Приходит боль за тех,

Кто не сумел дойти

И повернул обратно.

И след ручьями смыт,

И похоронен снег,

И, всё забыв, опять

Восстанет брат на брата.

В растрепанных ветвях

Начнут мелькать стрижи.

И влажная земля

Нежна и не одета.