Любовь в преисподней

Однажды Лиза случайно увидела, как бабушка покупала в антикварном магазине потрепанный кошелек, расшитый бисером, и сделала кое-какие выводы.

– А что, все наши «фамильные драгоценности» куплены в комиссионке? – спросила она у матери. В ответ Катюша улыбнулась.

– Знаешь, есть люди, для которых достаточно черствого хлеба реальности. Наша Натали так не может.

– Предпочитает взбитые сливки вранья? – с отроческой бескомпромиссностью уточнила Лиза.

– Любит быть причастной к красоте, – веско сказала Катюша.

Материнская фраза о причастности бабушки к красоте запомнилась навсегда. При возможности Натали всегда покупала экзотические цветы в напольных горшках, репродукции импрессионистов, оригинальные украшения. И с годами Лиза признала в душе, что Натали действительно красива. Так красива, что с ней на подиуме не потягалась бы ни одна топ-модель.

Окруженная ласковыми вещами, в своих зараевских интерьерах Натали была неподражаема. Это чувствовали даже подростки. Лизина дачная тусовка обожала, когда Наталья Сергеевна приглашала их «на пиццу».

Тогда, лет десять назад, еще мало кто в Подмосковье задавал «итальянские ужины». Пекли пироги, делали пирожные. А Натали выкопала откуда-то рецепт «неаполитанской пиццы», как она утверждала.

У нее все было необычным. Рецепты ее стряпни, украшения. И Лизу всегда удивлял один парадокс. Казалось бы, эти странности должны были бы привести к отсталости бабули. Черта с два! Наталья Сергеевна не только не покрылась нафталином, но молодела каждые десять лет.

Если ее вещи часто играли роль украшений, то одежда Натали поражала окружающих как раз своей функциональностью. Подчас Натали просто шла в авангарде моды, насколько позволяли ее скудные материальные возможности.

Определенной профессией, как понимала теперь Лиза, Натали никогда не владела.

– Я была прекрасной спутницей жизни для своих мужей, – с чувством говаривала она. В таких случаях Катюша опускала глаза. Она консервативно считала, что мужей должно быть не так уж много.

Катюша допускала возможность первой оплошности в браке. Если же количество мужей превышало цифру «три», это казалось ей неприличным.

В данном вопросе Лиза разделяла точку зрения бабули. Дело не в их количестве, а в качестве.

– Каждый из них открывал для меня новый мир, – заявляла Натали, мечтательно глядя вдаль.

И Лиза знала, что в этой туманной дали бабуля видит железную когорту своих славных рыцарей. Спектр интересов Натали поражал своей широтой.