Любовь в преисподней

 – Насколько я знаю, он в Европе! И очень давно не бывал не только в Зараево, но и в Москве.

– Конечно, розыгрыш! – поняла Лиза. – Натали обожает такие примочки.

– Мою «примочку» вы сможете увидеть, если подниметесь в гостиную. – Было видно, что бабуля пребывала на верху блаженства от этой слегка загадочной ситуации.

– Он что, связался с вами по Интернету, Наталья Сергеевна? – догадался Шуйко.

– Да будет тебе, Петя, – сказала она. – У нас даже компьютера нет. Только видик!

Когда захмелевшая компания поднялась в гостиную и расселась, бабуля победно показала видеокассету с наклейкой «Наталье Сергеевне Леонтьевой».

– Сегодня рано утром я обнаружила это у себя на кухне, рядом с туркой для кофе.

– И молчала?! – Лиза свирепо засопела.

– Об этом просил Данил!

– Короче! – заорал Шуйко. – Публика требует зрелищ!

Все засмеялись, и Натали включила видеомагнитофон.

На экране возникли стеллажи книг, компьютер. А на этом фоне – Данил Елагин. Ребята притихли, а Соболевский выразительно присвистнул.

Лиза и сама готова была засвистеть вместе с Эдиком. На них смотрел не закомплексованный бука-интроверт, а раскованный, уверенный в себе мужчина. Из тех, на зов которых Лиза, например, откликнулась бы. Но они не звали.

– Ну и метаморфоза, – изумленно сказала Марина.

– Если уж кузина удивилась, то можете себе представить, в какой ступор впала я, просмотрев видео. – Натали развела руками.

Сначала Данил обратился к ней.

Как и утверждала бабуля, он просил прокрутить этот ролик, когда соберется вся зараевская команда.

– Я выполнила твою просьбу, Данил, – тихо сказала она.

– Откуда он знал о нашем пикнике? – Марина удивленно пожала плечами.

– Да ладно тебе! Зараево – не Токио. Здесь всегда все известно, – заметил Васька Богданов.

Между тем Елагин передал с экрана привет и выразил надежду на встречу. Лиза была потрясена. Его узкие глаза, частенько скрытые за стеклами очков, сейчас были освобождены из плена. Они оказались глубинно-синими, весьма проницательными.

Упрямый подбородок, разделенный продольной впадиной, придавал всему лицу волевое выражение.

«Сильные черты лица. – Лиза перевела дыхание. – Грубо говоря, я ожидала увидеть шелудивого пса, а нарвалась на породистого дога».

– Словом, женский электорат шокирован, – с еле заметной досадой сказал Эдик. – Данька предстал перед ними красавцем высокой пробы.

– Да, из необработанного алмаза он превратился в изумительный бриллиант. – Натали вздохнула.