В постели со смертью

Особенно любопытны эти твои Рита и Алена – чертовы русалки. Ни гу-гу им. Ты слышишь?

Стремительный монолог матери на несколько секунд подавил дочь. Выслушав сто мудрых наставлений, Лиза вяло сказала:

– Ничего уже не изменишь. С твоего разрешения я сейчас глотну чая с мятой и завалюсь дрыхнуть.

Лежа на широкой тахте, Лиза с облегчением подумала о том, что тяжелый день остался в прошлом и вскоре наступит новое солнечное утро – без вчерашних стрессов и проблем.

И действительно, мир не рухнул от переживаний.

Лиза шла к станции метро.

Вовсе не будучи монстром, она сожалела о том, что Георгий уже не видит летней Москвы, не ощущает неги жаркого июльского дня, но старалась настроиться на оптимистичный лад. Скоро вернется из Парижа Туманов. Привезет ворох впечатлений и какой-нибудь копеечный сувенир за пять франков. Ей всегда не везло на щедрых мужчин.

Улыбнувшись, Лиза заметила, что рядом с ней движется мерседес с затемненными стеклами.

Улыбка мгновенно улетучилась с ее лица. Как и любой нормальный человек, госпожа Леонтьева не любила автомобилей, которые ехали, будто приравниваясь к ритму твоих шагов.

Это не сулило ничего хорошего.

Воображение услужливо нарисовало сценки, калькированные с триллера. Трое дюжих парней выскакивают из загадочного мерса с тонированными стеклами, в мгновение ока запихивают Лизу в салон и везут куда-нибудь за город или в подвал – пытать.

«Приступ паранойи на фоне пережитого вчера», – подумала Лиза, успокаивая себя, и замедлила шаг. Мерседес также поехал медленнее. Стоило ей ускорить поступь – и автомобиль поднажал.

Его темные, «мертвые», стекла могли кого угодно повергнуть в ужас.

Собравшись с силами, Лиза решила сделать рывок и перебежать на противоположную сторону. Как только она прыгнула на проезжую часть, дверцы мерса стремительно распахнулись.

Больно заломив ей руки, он пинком вбил Лизу в салон мерса. Ей, конечно, следовало закричать, но горло перекрыл спазм. Лиза издала какой-то хрип, но все-таки успела вцепиться зубами в локоть парня. Нападавший смачно выругался и ребром ладони ударил Лизу по шее. После этого он защелкнул за ее спиной на запястьях наручники, лишив ее возможности любого маневра.