Цвет крыльев. Черный

Хорошо, что я не могу заболеть, – Люцифер разглагольствовал, не обращая внимания на недовольство девушки, – надеюсь, ты взяла с собой бутерброды и скатерть в красную клетку? Всегда хотел побывать на пикнике с кем-то, кроме себя самого. Это, наверное, так увлекательно! Только скатерть обязательно в красную клетку, как в фильмах со счастливым концом и сплошным шаблоном, вместо сюжета.

– Да что с тобой вообще разговаривать? Ты даже не слушаешь меня! Ты никогда и никого не любил, кроме себя, – фыркнула Анжела, и развернувшись, направилась в глубь леса.

– Правильно, зачем со мной разговаривать? Я так привык к тишине в ответ, что могу говорить один!

Люцифер шел рядом, ловко отворачиваясь от веток, которые Анжела намеренно отпускала раньше времени, стараясь задеть его.

– К тому же, разве ты поверишь мне? – он театрально всхлипнул. – Тому, про кого с самого детства тебе говорили разные гадости? Вбивали в голову, что есть только одна верная точка зрения. Что я змей-искуситель, предатель, изменник, лжец, грех воплоти, король Тьмы.

– Кажется, недавно ты сам так себя назвал.

– Я лишь сказал, как меня называют другие. Люди, ангелы-Хранители, ангелы Смерти. Все без исключения. Тысячелетиями мне делали черный пиар. Убеждали, что я плохой, что я виноват практически во всем. В том, что человечество поддается грехам, в том, что нет рая на земле, в том, что я развращаю души. И сами люди с бесконечной радостью списывают на меня все свои слабости, пороки. Мол, лукавый попутал. И хотя я не появлялся так долго, но все равно, я остаюсь виноват во всем.

Всегда и во всем. Так что неважно, что я расскажу тебе. Ты будешь придерживаться иной, более популярной версии.

– Заткнись уже. Пожалуйста, просто заткнись, – вяло огрызнулась девушка.

Сейчас она сосредоточено шла к своей цели, не останавливаясь, стараясь не обращать внимания на пустую болтовню своего навязчивого спутника. Она не верила ни единому его слову. Да и кто бы поверил самому Люциферу? Разве что совсем уж ненормальный.

Особенно, после всего того, что он сделал. Ведь если даже половина того, что ему приписывают – правда, это уже более, чем достаточно.

– Как ты разговариваешь со взрослыми? Уважай мой возраст, ведь я тебя старше на несколько тысяч лет, – Люцифер сокрушенно покачал головой, – и кто только учит манерам современных детей? Это полнейшее безобразие, позволять себе так выражаться! Вот помню, не так давно, всего пару сотен лет назад, дети и перечить не смели старшим.