Нагадай мне любовь

Еще не хватало, чтобы эти дети над ним стали потешаться! Он поджал губы и снова полез в карман.

– Я не верю в гадания, малышка, возьми это просто так, – заявил он сердито, протянув прекрасной цыганке еще несколько долларов.

Но девушка проворно отдернула руку. На ее тонком запястье звякнули браслеты.

– А я не принимаю милостыню, прекрасный сеньор, – произнесла она медленно. – У простой цыганки тоже есть гордость.

Питер снова невольно отметил, что она говорит очень красиво и правильно. Ее голос не имел ничего общего с гортанными выкриками, которыми обменивались играющие в пыли чумазые дети.

– Дайте мне посмотреть на вашу ладонь, сеньор, – настаивала она.

Она протянула Питеру руку, и он поразился ее размерам. Для такой высокой девушки у нее были очень тонкие запястья и маленькая ладонь с изящными хрупкими пальчиками. Питер с видимой неохотой подал цыганке руку, хотя внутри у него все сжималось от желания ощутить ее прикосновение.

Девушка склонилась над ней и принялась водить пальцем по его ладони.

– О, да вы очень серьезный сеньор, – произнесла она через минуту, кинув на Питера пытливый взгляд. – Я вижу деньги. Очень много денег. Тяжело, наверное, все время думать только о них?

Издевка сквозила в ее словах, и Питер чуть не отдернул руку. Но ему ужасно не хотелось разрывать хрупкий контакт. Ладонь девушки была на удивление мягкой и прохладной, и Питер желал, чтобы она как можно дольше не отпускала его руку.

Обычные цыганские трюки, сказал он себе. Ей тяжело будет провести меня, несмотря на ее чудный голосок. Пусть не надеется, что это произведет на меня впечатление. По моей одежде нетрудно догадаться, что я далеко не беден. Посмотрим, что она скажет дальше.

– Вижу несчастную любовь, – продолжала цыганка, время от времени поглядывая на Питера. – Очень сильную, но в далеком прошлом.

Питер поморщился. О любом взрослом мужчине можно почти со стопроцентной точностью сказать, что у него в прошлом была несчастная любовь.

Шарлатанство чистой воды, вертелось у него в голове. Зачем я ее слушаю?

– Но ваша жизнь еще не началась, – продолжала цыганка. – Я вижу, что вас ожидает любовь…

Она резко выпрямилась и посмотрела Питеру прямо в глаза.

– И у вас обязательно все будет хорошо. И в делах, и в любви.